Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

Авром

"Почему появляются и кому выгодны мифы о скором «конце света". Моё выступление.

РИА Новости. Пресс-конференция телеканала ТВ-3. Тема: "Почему появляются и кому выгодны мифы о скором «конце света".
Среди участников израильский мистик, раввин, политический деятель и религиозный философ, основоположник идеологии гиперсионизма Авраам Шмулевич.
Моё выступление: 30:20 - 42:45 и 1:04: - 01:04:55 - 01:05:15 и 01:12 - 01:15:40.

Авром

(no subject)

Эрот. Поскольку же он сын Пороса (божественное олицетворение богатства, изобилия, причем возникающего в результате применения некоей изобретательнсти, известных средств, он сын Метиды, олицетворяющей разум) и Пении (божественное олицетворение бедности), дело с ним обстоит так: прежде всего он всегда беден и, вопреки распространенному мнению, совсем не красив и не нежен, а груб, неопрятен, необут и бездомен; он валяется на голой земле, под открытым небом, у дверей, на улицах и, как истинный сын своей матери, из нужды не выходит. Но с другой стороны, он по-отцовски тянется к прекрасному и совершенному, он храбр, смел и силен, он искусный ловец, непрестанно строящий козни, он жаждет разумности и достигает ее, он всю жизнь занят философией, он искусный чародей, колдун и софист. По природе своей он ни бессмертен, ни смертен: в один и тот же день он то живет и расцветает, если дела его хороши, то умирает, но, унаследовав природу отца, оживает опять. Все, что он ни приобретает, идет прахом, отчего Эрот никогда не бывает ни богат, ни беден. Он находится также посредине между мудростью и невежеством.

Платон. Пир.
Авром

Необходимость гиперсионистской философии

У евреев в эпоху Нового Времени своей философии, заметье, нет. Но еще более ее нет у Израиля.
Очень чёткая мысль Алексея Нилогова на АПН:

Будучи тесно связанной с языком, зарождающаяся и развивающаяся в нём, как в живой подвижной среде, философия с самого начала была этническим феноменом, слабо приспособленным к транс-лингвистической пересадке. Греческая, индийская и китайская философии, возникшие практически одновременно, стали родовым пятном на теле наиболее успешных древних этносов, божественной отметиной и знаком счастливой судьбы.

То, что теперь постфактум называется «классической древней западной философией», в действительности представляет собой эллинскую национальную общественную мысль. Её сугубо ЭТНИЧЕСКИЙ характер заметен уже по тому факту, с каким трудом она давалась даже культурно близким римлянам.

То, что теперь названо «средневековой европейской философией», является философией, выраженной на средневековой латыни, — мысль, мёртвая и школярская в своей основе вследствие искусственности средневековой западноевропейской квази-нации.

Современные нации ещё более тесно со-организованы вокруг коммуникативной культуры, чем этносы ушедших эпох, потому, что информационная составляющая общества — то, сколько каждый индивид затрачивает усилий и времени на овладение и обмен информацией, продолжает расти. Несмотря на конкуренцию невербальной (образной) составляющей коммуникации, язык удержал своё ведущее место в обществе, и политическое группируется вокруг него. Непонятно, как вне языка могут быть выявлены и обобществлены человеческие мотивации, составляющие то,что мы называем в русском языке представлениями о благе.

Новейшие философские традиции, выросшие из Средневековья вместе с новыми нациями — англоязычная, германская, французская — повторяют в этом отношении путь греческой мысли. Каждая из них претендует намаксимальную универсальность, при этом оставаясь чистым народным феноменом.

В этом смысле философия — одно из орудий национальной экспансии. И заявка на универсализм должна пониматься именно в этом ключе: как стремление к экспансии, ничем и никем не ограниченной. Без этого интеллектуального императива, без тотальности амбиций, без претензии решать всё и за всех — ум не может считаться философским.

Национальное наступление часто, хотя и не всегда, ведётся под маской универсализма. Прикрываясь универсалистской риторикой, сильнейшие национальные философии стремятся занять каждую пору языка и каждую ячейку сознания. Без такого лицедейства философия теряет свой драйв и быстро вырождается в беззубое начётничество и унылое грантостяжательство.

Авром

Кто-то может сказть, есть там стоящие?

Большинство этих имен я не слышал.

Владимир Васильевич Миронов - доктор философских наук, проректор МГУ им. М.В.Ломоносова, декан философского факультета, заведующий кафедрой онтологии и теории познания. Председатель экспертного совета ВАК по философии, социологии и культурологии.


сам по себе марксизм - одна из крупнейших философских теорий, а с фигурой Карла Маркса как социального философа вообще вряд ли можно кого-либо сопоставить, может быть, лишь Макса Вебера. Кроме того, справедливости ради следует сказать, что идеи того же Маркса преподаются во многих курсах, а некоторые из них, о которых стыдливо не упоминают, фактически во многом на него опираются.
РЖ: Хотите сказать, что в преподавании марксизма без идеологических клише нет заинтересованности?
В.М.: Я думаю, нет. Концепцию Маркса знают не так уж хорошо. Вы думаете, что в советское время его знали назубок? Ничего подобного. Поскольку марксизм воспринимался как идеологическое клише, это мешало объективному исследованию концепции. Поэтому имя Маркса и его идеи часто произносились как заклинания в том или ином месте. Думаю, что время объективного исследования марксизма наступает именно сегодня, когда это актуально подкреплено социально-экономической обстановкой в стране. Что касается специалистов по Марксу, то, к сожалению, я знаю по-настоящему только одного из них, который работает у нас на факультете, - Георгия Александровича Багатурия. Есть еще Виктор Алексеевич Вазюлин, однако у него после крушения советской системы возникли серьезные обиды, и он замкнулся в круге своих учеников и почитателей. Наверное, неплохо марксизм мог бы прочитать Ричард Иванович Косолапов, который в советское время был не только ученым, но и крупнейшим советским идеологом.
***
любом случае важен фон, который создается и академической, и неакадемической философией, однако это вовсе не означает, что таких ярких фигур нет внутри самой академической и факультетской философии.
РЖ: Пожалуйста, назовите еще имена?
В.М.: Если брать философию культуры, то я бы назвал Александра Львовича Доброхотова. По натуре он человек очень мягкий, неагрессивно публичный, может быть, поэтому не так раскручен, но это настоящий философ. Подорогу я уже упоминал. Бесспорно, Федор Иванович Гиренок, ажиотаж вокруг которого возник не по его вине. Алексей Михайлович Руткевич. Обязательно нужно упомянуть имена Геннадия Георгиевича Майорова и Карена Хачиковича Момджяна. На мой взгляд, совершенно оригинальный и яркий мыслитель - декан философского факультета Екатеринбургского университета Александр Владимирович Перцев, в работах которого блестяще сочетается теоретичность и публицистика, сложность и простота.