рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Categories:

"Российские спецслужбы ликвидируют любого". Развернется ли Абхазия в строну Тбилиси?

Авраам Шмулевич
"Российские спецслужбы ликвидируют любого". Развернется ли Абхазия в строну Тбилиси? Взгляд ветерана абхазо-грузинской войны.

Мой собеседник - Ибрагим Яганов, Председатель Общественного Движения "Хасэ" Кабардино-Балкарии, бывший командир батальона черкесских добровольцев в Абхазии (1992-1993 гг).
Часть 2. (Первая часть интервью - здесь ).

Авраам Шмулевич – Что происходит сейчас в Абхазии?
Ибрагим Яганов – Сейчас там оранжевая лихорадка.
Авраам Шмулевич – На абхазов так повлияли российские и юго-осетинские протесты против фальсификаций на выборах?
Ибрагим Яганов – Это мандарино-апельсинная лихорадка. Мандарины подошли, Новый год на носу. Народ поэтому занят житейскими делами, а власти стараются резких движений не делать.
Авраам Шмулевич – Они довольны своей независимостью?
Ибрагим Яганов – Абхазия сейчас и экономически и политически подвязана к России. Независимость продекларирована, но реально ее просто нет. Нет ни экономической, ни политической, ни другой независимости.
Авраам Шмулевич – А молодежь?
Ибрагим Яганов - Прошло почти двадцать лет. Выросло целое послевоенное поколение, для них война – история. А те, кто воевали – многие из них уже в серьезном возрасте, многие ушли из жизни. Многие больны, и государство не в состоянии оказать им серьезную поддержку.
Авраам Шмулевич – А какое отношение к Грузии сейчас в Абхазии?
Ибрагим Яганов – Молодежь смотрит в сторону Тбилиси . Сейчас жители Абхазии могут сравнить то, что происходит на правой, сочинской стороне, с тем, что происходит на левой стороне, за Ингури. Грузия определила статус Южной Осетии и абхазии как оккупированных территорий. И люди, живущие на оккупированных территориях, имеют соответствующие льготы. И отношение к абхазам, которые бывают в Грузии, лучше, чем отношение даже на границе в Адлере
Авраам Шмулевич – То есть отношение грузин и властей Грузии к абхазам лучше, чем отношение российских властей?
Ибрагим Яганов – Это факт. Я вполне ответственно это заявляю. Российская политика в Абхазии претерпевает большое поражение. То, что Россия оказывает большую материальную поддержку Абхазии – так, как обычно, эта поддержка оседает где-то наверху, в руководстве. Основная масса ее не чувствует, она на позиции выживания. А самое главное для народа – жить достойно. И я уверен, что абхазы, в конце-концов, выберут достойную жизнь. А откуда она придёт, со стороны Сочи или Гали – я думаю, это вопрос времени.
Авраам Шмулевич – В 92-93 годах, во время войны, ты командовал батальоном черкесских добровольцев, затем был представителем Президента Абхазии в Кабардино-Балкарии, до тех пор, пока этот институт представителей не было упразднен в связи с признанием Абхазии Россией и открытием официального посольства и консульства...
Ибрагим Яганов – Я тебе скажу откровенно... Мы, те, кто там воевали, делаем анализ происходящего, делаем некоторые выводы. И мы в корне поменяли отношение к этой проблеме. Но у меня есть один барьер, котрый я не могу перешагнуть. Единственное, что меня сейчас очень сильно удерживает – это память погибших ребят, которые верили во что-то, это был период, когда мы все верили во всё это. Ввиду того, что мы живы – мы свое мнение поменяли, а они не могут поменять – и эта память нас очень сильно держит.
Авраам Шмулевич – А что вы тогда думали об отношении Абхазии и Грузии?
Ибрагим Яганов – Грузию мы тогда считали малой империей, вслед за Россией.
Авраам Шмулевич – А что ты думаешь сейчас?
Ибрагим Яганов – Если бы Грузия нашла бы волю признать тот факт, который существует – это был бы очень серьезный шаг для наведения нормальных, экономических, социальных и политических взаимоотношений с Абхазией. Тогда ситуация в корне изменилась бы, пошли бы новые контакты, и они очень серьезно изменили ситуацию. Некоторые силы, которые держатся именно на этих противоречиях – они остались бы без потенциала и почвы. У Грузии были бы значительно более эффектные и благоприятные позиции, в том числе и в отношениях с Россией.
Авраам Шмулевич – У Грузии есть тут два принципиальных момента. Первое – земля Абхазии, которая была исторической частью Грузии, на которой грузины жили многие века. Второе - проблема беженцев – самая большая проблема. У Грузии двести тысяч беженцев из Абхазии, которые жили там на протяжении поколений, даже потомки тех, кто приехали в Абхазию в советское время – уже несколько поколений выросло в Абхазии. Грузины считают, это консенсус там, что не могут отказаться от возвращения беженцев, а абхазы (и юго-осетины тоже) считают, что не могут их принять, что если беженцы вернутся, то абхазы снова станут меньшинством и потеряют всё.
Ибрагим Яганов – Ты знаешь, что удивительно – абхазы и так становятся меньшинством. Очень много армян сейчас заезжает, да и грузинские беженцы, несмотря на все проблемы, возвращаются, разными путями, Гальский район уже заселён грузинами. Те беженцы, которые находятся в Тбилиси, - выросло новое поколение, для них Абхазия – красивая сказка, о которой рассказывают старшие. Я не думаю, что все они хотят вернуться. Хотя возможности какие-то префренции заработать на этой волне они тоже не упустят, по той причине, что других шансов у них так же нет, и это нормальный процесс. Несмотря на то, что политической воли вернуть всех беженцев в Абхазию нет, процесс возвращения грузин в Абхазию медленно идет. Неформально, тихо, спокойно – но идет. Если сейчас сравнить число абхаз и остальных – я сомневаюсь, что абхазов будет большинство.
Авраам Шмулевич – Ты сказал, что вы, абхазские добровольцы, сейчас по иному смотрите на эту войну. Это общая позиция всех абхазских ветеранов в Кабардино-Балкарии, в Черкессии?
Ибрагим Яганов – Большинства. Мы знаем, что война кончилась, что надо жить дальше. Несмотря на то, что было, злости или неприятия грузинской стороны у меня нет, и у очень многих моих товарищей тоже нет. Да и исторически Грузия и Кабарда всегда были добрыми соседями, всегда друг друга выручали. Здесь, в Нальчике, у нас тоже живут грузины, и к ним отношение как к своим, такое всегда было. Я могу этим гордиться, толерантность и уважительное отношение к людям любой национальности у нас всегда есть и было и, надеюсь, будет.
Поэтому я двумя руками за налаживание отношений с Грузией. К сожалению, мы в составе Российской Федерации, и вынуждены считаться с теми условиями, в которые они нас поставили. Также мы вынуждены считаться и с тем, что двадцать лет – срок, в принципе, большой, но и одновременно не очень большой, память еще свежа. И просто так перешагнуть через прошлое и в корне поменять отношение - непросто.
Авраам Шмулевич – Я не думаю, что Грузия признает независимость Абхазии как независимого государства. Но, думаю, возможна какая-то форма федерации. Различные грузинские и государственные и общественные деятели мне неоднократно говорили, что они предлагали абхазам и юго-осетинам самую широкую автономию, свой парламент, министры в правительстве, и т.д. Как ты думаешь, есть ли шанс, что абхазское руководство и абхазский народ согласятся на ту или иную форму конфедерации, федерации, на ту или иную форму вхождения в состав Грузии? Я лично думаю, что у абхаз есть только два выхода, две возможности. Или та или иная форма объединения с Грузией, лучшее всего на конфедеративных, федеративных началах. Или поглощение Россией, превращение в придаток, как какая-нибудь Тува была, или просто превращение в российскую губернию. Они это понимают, абхазы?
Ибрагим Яганов - Они это, в принципе, понимают. Я уверен, что шанс есть, и очень большой. Тем более, этому способствует российская политика, проводимая в Абхазии. Если все будет продолжаться и дальше в этом же направлении, то, благодаря неимоверным усилиям российских чиновников, этот шанс будет расти. И я думаю, в ближайшее время, такая возможность станет темой для серьезного разговора.
Авраам Шмулевич – А какие-то официальные или общественные лица в Абхазии могут об этом, об этой возможности, говорить?
Ибрагим Яганов – Там есть люди, которые могли бы об этом говорить, в принципе, но они просто побоятся по той причине, что их сразу предадут анафеме, там сейчас это очень быстро делается.
Авраам Шмулевич – Насколько российские спецслужбы контролируют ситуацию в Абхазии? В Грузии я неоднократно слышал мнение, что абхазы сами ничего сделать не могут. Как только они сделают шаг по направлению к Грузии, эти люди будут сразу ликвидированы, вступятся российские власти.
Ибрагим Яганов – К сожалению, это очень близко к правде. Самостоятельность Абхазии была продекларирована. На самом деле её, фактически, нет.
Авраам Шмулевич – Могут ли, технически, абхазы, если захотят, проводить какие-то переговоры, которые останутся неизвестны российским властям?
Ибрагим Яганов – Нет. Ни одного шага самостоятельно, никаких переговоров, даже экономических, они сделать не могут. Всё под контролем.
Авраам Шмулевич – Возможны ли, теоретически, какие-то массовые выступления абхаз против российской власти, если абхазская элита этого захочет?
Ибрагим Яганов – Нет, пока нет. Благодаря уникальной природе основная масса населения имеет хорошую возможность выживать благодаря собственным ресурсам. Поэтому они еще долго смогут терпеть. Но этот беспредел – он продолжается, он растёт. Есть и давление со стороны властей самой Абхазии. Та же коррупция, что и в России, импортирована и туда, по той причине, что деньги-то российские. Поэтому говорить о каких-то массовых выступлениях пока в Абхазии невозможно, преждевременно.
Tags: Абхазия, Армяне, Грузино-абхазская война, Грузия, Межнациональные отношения, Мои тексты, Российская политика на Кавказе, Черкесы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments