рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Categories:

"Итак, начинается песня о ветре"- 3. Пакистан опасается американской интервенции (Часть вторая)

Авраам Шмулевич: Я спрошу еще раз: о том, что они опасаются американской интервенции, пакистанские эксперты и военные вам говорили прямым текстом?

Михаил Чернов: Да. Это неоднократно проговаривалось.

А.Ш.: Трудности в отношениях между США и Пакистаном связаны с тем, что с окончанием Холодной войны изменились геополитические условия и та ниша, которую занимал Пакистан - исчезла. Примерно тоже произошло и с Югославией, в результате эта страна была ликвидирована. То же происходит и с Израилем. Индия - главный и естественный противник Пакистана. Раньше СССР поддерживал Индию, а США - Пакистан. Китай тоже являлся противником СССР, поэтому дружба Пакистана и Китая, а это естественные союзники, не только не мешала американцам, но даже наоборот. Ныне СССР исчез, а Китай постепенно вырисовывается как главный стратегический противник для США в наступающем веке. И в противовес Китаю США делают ставку на Индию, тем более что у нее с Китаем есть давние системные противоречия. Получается. Что Пакистан не только становится не нужным своему недавнему союзнику, но и мешает ему.

М.Ч.: Да. Союз с США был декларирован Индией на самом высшем уровне, в лице премьер-министра и министра обороны. В то же время США размещают свои базы в Средней Азии, эти базы наценены на сдерживание Китая и Российской Федерации. Что, опять же, меняет геополитическую картинку и еще более подводит Пакистан к сближению с Китаем. У этих стран и так уже очень тесные торговые и военные отношения. В этот пакистано-китайский союз, в принципе, прекрасно вписывается и Россия. РФ начинает возвращаться в Среднюю Азию. А необходимости с геостратегической точки зрения для России выхода к индийскому океану никто не отменял. Если попытка добиться такого выхода в эпоху Советского Союза через Афганистан и Белуджистан в ходе афганской войны провалилась, то вопрос мирного выхода, мирных договоренностей с Пакистаном стоит на повестке дня.

А.Ш.: Как, с точки зрения пакистанских военных, будут развиваться события, если американская интервенция все же состоится?

М.Ч.: Они не обсуждали с нами этот вопрос. Пакистанцев в первую очередь интересовало найти точки соприкосновения с Россией

А.Ш.: Касались ли пакистанцы темы Израиля и ближне-восточного конфликта?

М.Ч.: Нет. Вообще не касались. Ее поднял ряд из членов российской делегации. Но пакистанцы отреагировали на эту тему с полным равнодушием. При упоминании Израиля они “не включаются”.

А.Ш.: Что это значит?

М.Ч.: Когда в разговоре с арабом - любым, в любом качестве упоминаешь Израиль или арабо-израильский конфликт, то его это всегда эмоционально затронет, он “включится” и начнет эту тему активно обсуждать. Пакистанцев эта тема оставляет абсолютно равнодушными. Для них Ближневосточный конфликт - лишь один из многих вооруженных конфликтов, которые происходят далеко от их границ и не имеют к ним прямого отношения.

А.Ш.: Какой выход из ситуации видели принимавшие вас ваши пакистанцы?

М.Ч.: Америка хочет вычеркнуть Китай из игры, кроме того, конфронтация с правящим пакистанским истеблишментом возникает из-за планов Америки переформатировать Центральную Азию и Ближний Восток. А что касается пакистанцев, о у меня сложилось впечатление, что выход из ситуации они видят с трудом. Представьте себя на их месте: это бывшая часть британской Индии, в силу исторических обстоятельств она оказалась разделена на два, а потом и на три государства. И люди строили на той ее части, что стала Пакистаном, национальное государство. Введен национальный язык, урду, на котором, правда, говорит меньшинство населения, создана уже национальная идентичность “пакистанец”, построена с нуля новая национальная столица Пакистана Исламабад - столица, непохожая на азиатские города, город, совершенно не типичный для Юго-Восточной Азии. Красивый город, огромные широкие проспекты, широкие бульвары, город очень зеленый, разбросанный на расстоянии, малонаселенный относительно. Это государство строилось в союзе с США и вообще западными странами. И вдруг основные союзники в одночасье разворачиваются на сто восемьдесят градусов и начинаются всякие проблемы, из которых очень тяжело выйти. Мне показалось, что выхода они сейчас не видят, но нащупывают его. Видимо, ставка будет делаться на союз с Китаем. Но одного Китая, видимо считают они, недостаточно для того, чтобы справиться с проблемой. Пакистану нужен третий игрок, третий партнер. А. если посмотреть на карту, мы увидим, что иных, кроме России, крупных игроков в регионе нет.

А.Ш.: А Иран? Каково отношение пакистанцев к Ирану?

М.Ч.: Отношение к Ирану очень аккуратное, что парадоксально. Журналисты неоднократно спрашивали у различных источников, что будет в случае атаки на Иран, как поведет себя Пакистан, как пакистанские власти вообще относятся к этой теме - и они все время уходили от ответа. Тесных связей с Ираном, по-видимому, сейчас нет. Но это не означает, что они не могут появиться в будущем.

А.Ш.: Как они видят свои отношения с Индией?

М.Ч.: Индия - стратегический соперник Пакистана, это соперничество заложено изначально, это, можно сказать, родовая травма Пакистана. Враждебности к Индии в разговоре, какую часто можно услышать, например, от арабов по отношению к Израилю они не выказывали, но они видят в Индии своего соперника, причем соперника, который имеет очень тесные отношения с Соединенными Штатами и на порядок лучше вооружён.

А.Ш.: Мне приходилось несколько раз на разных международных конференциях общаться с пакистанцами - с близкими к правительству журналистами, политическими экспертами, военными и официальными представителями спецслужб. И они все произвели на меня очень приятное и неожиданное впечатление: это были люди абсолютно западные по складу ума, по подходу к миру, отнюдь не представители “исламской цивилизации”, очень четко мыслящие, открытые. И, кстати, никой враждебности к Израилю и евреям я у них тоже не заметил.

М.Ч.: Я полностью разделяю это впечатление. Они очень адекватные и очень четко понимающие ситуацию.

А.Ш.: Говорилось ли что-то по поводу исламского экстремизма, который, по сообщениям СМИ, поднимает голову в Пакистане?

М.Ч.: Это вопрос формулировок. Когда говорят в контексте американской “войны с терроризмом”, но я отношусь к этому термину довольно скептически. Да, например, в Пакистане довольно сильны позиции ислама. Да, это мусульманская страна, да, там существуют исламские партии. Там довольно много верующих мусульман, часто можно видеть мусульманскую одежду на улицах. Но военные более вестернизированы, они скорее похожи на каких-то британских аристократов, а не на “исламистов”. Да. Часть оппозиции составляют “исламские партии”. Но исламские экстремисты это или нет… “Исламским экстремистом может стать любой мусульманин, который возьмёт в руки оружие и направит его “не в ту сторону”. Вопрос исламского экстремизма - это вопрос использования исламских боевых групп и исламской тематики для разрушения тех или иных государств и воссоздания новых государств. Это просто один из инструментов политики, который можно поворачивать туда или сюда - в зависимости от необходимой в данный момент трактовки.

А.Ш.: Да. тут стоит вспомнить пример Чечни. Кадыров-сарший, как известно, был не только муфтием Чечни и именно он объявил войну против русских джихадом. Но изменились политические расклады, он повернул оружие не против российских сил, а против их противников - и те же самые люди. Не поменяв своих религиозных взглядов, перестали быть исламскими экстремистами, превратились в защитников интересов Федерального Центра и политической целостности России. Стоит в этой связи вспомнить и о, как Ясер Арафат тоже превратился из международного террориста номер один в лауреата Нобелевской Премии мира. Не надо обольщаться - точно такая же трансформация в любой момент может произойти и с ХАМАСом, и с “Хизбалллой” и даже с режимом иранских аятолл - разве что одного аятоллу на вершине пирамиды поменяют на другого.


Начало
Tags: Мои тексты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments