рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

О философии спецслужб

Израильская история

Набор политтехнологий конечен, описаны они были еще у Сун Цзи и в Атрахшастре (патриоты европейской цивилизации могут, при желании, заменить азиатов на Полиена или Макиавелли). Впрочем, когда мы узнаем эти древние сюжеты в газетных сообщениях – всегда остается вопрос: это вышло случайно, непреднамеренно, или получили именно тот результат, который хотели получить?

В нижепреведенной статье описана одна из таких технологий.

Вождь Нации добровольно (хотя и не совсем ясно, по какой причине) уходит со своего поста. Затем в стране случается "ОПЕРАЦИЯ СПЕЦСЛУЖБ", которая приводит (причем неясно - нечаянно или так было изначально задумано) к отставке правительства преемника Вождя, краху политической карьеры преемника и пары сопутствующих лиц, и возвращению Вождя Нации…

Хочу предупредить, что проводить какие-то аналогии в мои намерения не входило.

И если года через полтора в некоей стране случится, например, что некий лидер Великой Властной Пирамиды сложит Власть и уплывает в, условно говоря, Сочи. На смену Ему приходит назначенный Им Преемник. ВВП и преемник ссорятся. Затем СВР похищает Римскую Маму. Все всплывает. Страшный скандал. Всем становится ясно, что только ВВП, который сидел все это время в шезлонге весь в белом, может спасти страну. У ступеней Кнессета (или Хурултая или Думы) Вождя и его любимую собаку Баскервилей встречает радостный народ…

Если случится все это, или нечто похожее, ТО НЕ НАДО ВСПОМНАТЬ ЭТУ СТАТЬЮ! Прочли – и забыли… 

*     *     *

Войны спецслужб – отнюдь не российское изобретение.

Они происходят всюду, где имеются спецслужбы – то есть в любой современной стране. Политическое устройство государства в современном мире стандартизовано – процесс глобализации затронул и его, в любой современной стране вы найдете полицию, причем непременно одетую в форму того или иного оттенка голубого цвета и целый выводок различные разведок и контрразведок. Их число множится с каждым годом, это не только российская, но всемирная особенность. Если лет двадцать назад стандартом было иметь внешнюю, военную, тайную (она же политическая) внутреннюю и полицейскую (то есть противо-уголовную) разведки, то сейчас никого не удивляет финансовая, антинарктоическая разведки. Думаю, свои разведывательные спецслужбы скоро появятся у пчеловодов и метеорологов. 

Вопрос об эффективности этого скопища – вопрос отельный, и им мал кто задаётся. Я лично убежден, что все эти разведки в их современном виде – система организации современного шпионажа возникла после первой мировой войны – эффективны именно как орудие внутренней борьбы правящих кланов, именно под это они заточены, внешняя направленность есть лишь прикрытие.

Знакомы "войны спецслужб" и Израилю. У человека, хорошо знакомого с историей Еврейского государства словосочетание "войны спецслужб" немедленно вызывает в памяти другие два слова: "гиблое дело". Причём "гиблое" тут – игра слов сразу на двух языках. Для большей части израильского правящего слоя 50-х годов русский язык был родным или, как минимум, хорошо знаком. Однако в данном случае "гибли" - ещё и фамилия. Беньямин Гибли (иногда произноситься как Джибли, "г" в этой фамилии взрывное звонкое) – так звали начальника израильской военной разведки…

В 1953-м году, вскоре после окончания Войны за независимость, в Израиле разразился политический кризис, внутри правящей Рабочей партии Израиля (МАПАЙ) началась жёсткая борьба за власть. Вспыхнули разногласия между основателем государства Давидом Бен-Гурионом, занимавшим посты главы правительства и министра обороны, и министром иностранных дел Моше Шаретом, которого поддержала влиятельна группа молодых функционеров. Неожиданно для Старика (так называли Бен-Гуриона) выяснилось, что и кабинет министров и товарищи по партии не собираются беспрекословно выполнять его распоряжения. 19 июля 1953 года он уходит в трехмесячный отпуск, который почти целиком посвятил инспекционным поездкам по воинским частей страны. 18 октября Бен-Гурион завершает редактирование программы из восемнадцати пунктов по "реорганизации высшего командования армией и укреплению вооруженных сил", и через 2 недели внезапно демонстративно уходит в отставку со всех постов. 2 ноября он вручает президенту заявление об отставке, затем прощается с армией, своей партией и правительством. Отъезд назначен на 7 ноября; в этот день он выступает по радио с прощальной краткой речью, в которой цитирует псалом Давида (Псалом 130, стих 1): "Господи, не надмевалосъ сердце мое, и не возносились очи мои, и я не входил в великое и для меня недосягаемое".

Отец-основатель Израиля "отправился в изгнание", поселился в удалённом киббуце Сде-Бокер в пустыне Негев, что бы, как он заявил "личным примером содействовать заселению пустынного Негева и возрождению халуцианского (пионерского) духа в народе, особенно в молодом поколении".

Когда в конце 1953 года секретарю кабинета Зееву Шарефу задали вопрос, почему Бен-Гурион решил уйти в отставку, он ответил: "Пришел Мессия (кроме прочего, намёк на то, что Бен-Гурион был тёзкой царя Давида - А.Ш.), собрал всех изгнанников израилевых, и одержал победу над всеми соседними народами, и завоевал землю Израиля... а потом был вынужден занять место в коалиции". 

Надо сказать, что у Бен Гуриона были основания для такого самоотождествления: государство Израиль действительно было создано во многом именно благодаря его политической воле и дерзости. Окружавшие его политики-социалисты был готовы смириться с ролью британского протектората, не верили в возможность победы в противоборстве с Британской империей и столкновении с арабскими странами. 

Хотя открыто причины отставки не назывались, Старик явно был недоволен тем, что ему приходится делить власть со становящимся все более независимым руководством родной Рабочей партии и мечтал вернуть себе прежнее положение единоличного "отца нации". 

Но разочарования продолжались и после ухода: вчерашние подчиненные не посчитались с мнением мнением Бен-Гуриона, и его преемником, главой правительства, стал бывший при нём главой МИДа Моше Шарет, сохранивший в своих руках портфель министра иностранных дел. Министром обороны стал Пинхас Лавон.

Лавон считался человеком Бен Гуриона и отношения между ним и премьером Моше Шаретом быстро ухудшились. Лавон открыто отказался признать авторитет премьер-министра; он ни в чем с ним не советовался и даже не давал себе труда хотя бы сообщать о принимаемых им решениях.

Хотя официально после отставки Бен Гурион не занимал никаких постов и никак не участвовал в политике, Старик считал, что Шарет не годен для роли главы государства. В личном письме жене он так сформулировал свою оценку: "Иногда он теряется в сложных ситуациях... не способен решать вопросы, требующие большого интеллектуального и морального мужества".

Одно из самых известных высказываний Бен-Гуриона и комментарий Шарета по этому поводу служат прекрасной иллюстрацией того, как по-разному они понимают стоявшие перед молодым государством проблемы. Однажды в 1950 году Старик сказал Шарету: "Наше будущее зависит не от того, что говорят гои (неевреи), а от того, что делают евреи!". Характерная реакция Шарета: "Но то, что делают гои, тоже очень важно!".

Именно различие в оценке "что скажут гои" лежит в основе частых несогласий, которые в 50-х годах мало-помалу приведут к отставке Бен Гуриона. Шарета и большую часть руководства молодого государства волнуют решения ООН, осуждающие политику Израиля, и они отстаивают точку зрения, согласно которой "без резолюций ООН мы бы никогда не создали государства". Бен-Гурион, со своей стороны, утверждает, что "израильское государство обязано своим существованием только израильскому народу и его армии". (Михаэль Бар – Зохар. "Бен Гурион". Гл.12).

Впрочем, отношения между Бен Гурионом и новым министром обороны тоже быстро испортились. Летом 1954 года Бен-Гурион начинает считать, то назначение Лавона, которого он сначала поддерживал, было серьезной ошибкой с его стороны.

Официальная израильская история гласит, что и до оставки и после все политические силы, включая уже получивших власть преемников, считали, что без ушедшего отца-основателя им не жить, и начали компанию за возвращение Бен-Гуриона к власти, сам же Старик искренне стремился уйти в отставку, отдалиться от политики и сдать власть преемникам и лишь неспособность пришедших ему на смену заставила основателя государства вернуться к кормилу.

Картина получается очень трогательная, на ней воспитывалось не одно поколение израильских школьников и студентов, хотя несколько странная с точки зрения логики. Предложим два объяснения этой видимой странности – для идеалистов и циников. Для первых: политика – вещь не очень логичная. Для вторых: опыт всех других стран свидетельствует, что официальная версия истории, написанная политиками, находящимися у власти и – всегда лжива, и истинные намерения и причины действий политиков совеем не те, что они озвучивают через журналистов. 

Так или иначе, картина на начало 1953 года была такова: Шарет – премьер, Лавон – министр обороны (второй по значимости пост в правительстве). Оба они воюют с друг другом, но совершенно не намерены уступать кому-либо свои посты. Бен-Гурион в кибуце развозит навоз по полям, в перерывах между сельхозработами принимает неофициальные делегации политиков и отвечает твердым отказом на многочисленные письма граждан, призывающих его вернуться к власти. (Согласно официальной биографии, ежедневно на его имя приходят в Сде-Бокер десятки писем со всего мира и ни одно не остается без ответа).

Между тем внешнеполитическая и военная ситуация только что провозглашенного государства стала резко ухудшаться. В 1949-м закончилась Война за независимость.

Но диверсионная деятельность арабов против Израиля не прекращалась ни на миг – засылка террористических групп, обстрелы – были повседневной реальностью, в терактах каждый год гибли сотни евреев, и арабы не скрывали того, что мечтают взять реванш за поражение и при первой возможности попытаются уничтожить Израиль.

Внешнеполитическая ситуация была не менее печальной: внешнеполитических союзников попросту не было. СССР разорвал отношения с Израилем, до союза с США оставалось еще более тридцати лет. Внешняя политика Америки в то время ориентировалась на арабов, её суть выразил госсекретарь Соединенных Штатов Даллес на заседании комиссии Сената: "Наша основная политическая задача состоит в том, чтобы способствовать улучшению отношений между мусульманскими странами и демократическими государствами Запада". 

В добавок к прочим бедам в ночь с 22 на 23 июля 1952 –го года в Египте, главном противнике Израиля, произошел военный переворот. Организация "Свободные офицеры" во главе с подполковником Гамаль Абдель Насером вынудила короля Фарука I отречься от престола. Король был врагом Израиля - но, как это почти всегда бывает в эпоху Кали-Юги, перемены принесли только худшее. Переворот был осуществлен при поддержке ЦРУ, король был ставленником Англии, а США активно вытесняли свого ближайшего стратегического союзника из стратегически важных частей разваливавшейся британской империи – одни англосаксы занимали место других. 

Поэтому США сначала тайно помогли Насеру скинуть Фарука, а немедленно после переворота начали открыто поддерживать военный режим. "Политические цели и практические шаги нового египетского режима таковы, что они заслуживают нашего полного одобрения. Мы считаем, что этот режим заслуживает поддержки западных держав" - такова была официальная оценка политики египетского правительства госдепартаментом США. "Свободные офицеры" не остались в долгу: через неделю после переворота, 30 июля 1952, года был принят закон об акционерных пошлинах, согласно которому иностранцам разрешалось владеть 51 % их капитала вместо прежних 49%. Затем в апреле 1953 и сентябре 1954 гг. были введены еще более льготные условия для вложения иностранного капитала в различные отрасли экономики Египта. С 1952 по 1956 гг. американские частные инвестиции в Египте увеличились с 46 млрд. до 72 млрд. Долларов. (Богословский В.В. Политика США в Африке. М., 1964, с. 139)

Англия и Франция также не проявили к заговорщикам-"свободным офицерам" враждебности, Соединенные Штаты оказали сильное давление на Великобританию, вынудив ее отвести свои войска из Египта. Вероятно, это было обговорено Черчиллем и Эйзенхауэром на встрече, состоявшейся 25-29 июня в Вашингтоне. Так что бывшие западные покровители благополучно сдали короля Фарука (как это происходило неоднократно в отношениях европейских стран со своими "туземными" союзниками) и начали налаживать отношения с Насером. Который немедленно объявил о своей главной внешнеполитической цели – уничтожение Израиля. "Даже если Израиль будет состоять лишь из одного Тель-Авива - мы никогда не примиримся с его существованием" - заявил он в одной из своих своей речей.

В Израиле понимали, что ситуация сложилась не просто критическая, но смертельно опасная – и надо срочно что-то предпринимать.

В этих условиях родилась идея (в чьей голове – это было впоследствии тщательно скрыто) поссорить США и европейцев с режимом Насера. Суть идеи, получившей кодовое наименование Операция "Сюзанна", заключалась в том, чтобы создать на территории Египта несколько диверсионных групп и их силами этих групп провели ряд терактов против американских, английских и французских посольств и относящихся к ним служб - библиотек, культурных центров и консульств.

Главной задачей было остановить вывод британских войск из зоны Суэцкого канала. На выводе настаивали американцы – Суэц был сердцем мирового судоходства, и уход англичан из этой архиважной стратегической точки фактически означал конец Британской империи. Но британских войск открывал дорогу войскам египетским к границам Израиля. 

Однако если Египет захлестнёт волна терактов, ответственности за случившееся британское и американское правительства возложат либо на сами египетские власти, либо на движение "Братья мусульмане". И в том, и в другом случае была бы доказана слабость и неспособность режима Насера поддерживать порядок, что подорвало бы веру в возможность выполнения им взятых на себя обязательств. Следовательно, Великобритания будет вынуждена пересмотреть свой план вывода войск или вообще отменить его. 

Удачное проведение операции решало бы и внутриполитические задачи. Военная разведка находилась под контролем внешней разведки Моссад и премьер-министра, но в случае успеха ее можно было бы сделать полностью независимой и подконтрольной только министру обороны.

Это увеличивало бы вес Пинхаса Лавона и во внутрипартийной борьбе за пост преемника Бен Гуриона, то есть руководителя Рабочей Партии и премьер-министра, которая развернулась после ухода Старика. 

Диверсионная сеть в Египте была создана еще в 1951-м году. Состояла она из местных евреев и была законсервирована до времени X. И вот это время настало. Зашифрованные инструкции подпольщикам передавались в программе кулинарных рецептов, которую радиостанция "Голос Израиля" транслировала для домохозяек.

2 июля двое молодых людей в Александрии опускают пакеты с зажигательной смесью в абонентские ящики одного из почтовых отделений. 14 июля подпольщики одновременно устанавливают самодельные зажигательные бомбы в американских библиотеках Каира и Александрии. Пожары незначительны, и их удается быстро погасить. 23 июля руководитель сети офицер-нелегал израильской военной разведки Аври Эльад отдает приказ взорвать в одно и то же время сразу пять объектов: два кинотеатра и вокзальную камеру хранения в Каире и два кинозала в Александрии. Однако вечером того же дня в кармане члена александрийской группы Филиппа Натанзона, стоящего у входа в зал кинотеатра "Рио", досрочно взрывается зажигательная бомба, замаскированная под футляр для очков. Его задерживает и при обыске в квартире находят следы существования диверсионной сети и имена её членов. Этой же ночью арестованы и многие другие члены александрийской команды, а через несколько дней и вся группа, в том числе Макс (Меир) Беннет, кадровый офицер израильской разведки, один из двух израильских руководителей сети.

25 июля арабские средства массовой информации сообщают о том, что при попытке поджечь кинотеатры задержаны члены подпольной сионистской организации, которые, вероятно, несут ответственность за покушения в американских библиотеках. Начались повальные аресты египетских евреев. 11 декабря в Каире состоялось первое судебное заседание по делу "сионистских агентов". 27 января 1955 года военный трибунал выносит приговор: двое оправданы за недостатком улик, шестеро приговорены к длительным срокам тюремного заключения (от семи лет до пожизненного заключения), двое египетских евреев: Шмуэль Азар и доктор Моше Марзук — приговорены к смертной казни. До начала процесса покончил собой захваченный Макс Беннет. Всё это вызвало политическую вызвало бурю в Израиле, где все газеты были полны сообщениями из Египта. Кнессет и СМИ требовали назвать виновных в колоссальном провале колоссальной авантюры. США. Англия и Франция также были возмущены. 

По идее решение об акции должны были принимать и начальник военной разведки Беньямин Гибли, премьер-министр Моше Шарет, министр обороны Пинхас Лавон, Начальник Генштаба Моше Даян и генеральный директор Министерства обороны Шимон Перес (теперешний президент Израиля). Но все они в один голос заявили, что ничего не знали об операции. А начальник разведки Гибли, в свою очередь – что он поставил всех в известность.

Была создана секретная Комиссия по расследованию в составе бывшего начальник Генштаба Яакова Дори и члена Верховного суда Ицхака Ольшана. Расследование тщательно засекречено. Министры, не принадлежащие к правящей Рабочей партии Израиля и рядовые члены Кнессета ничего не знали о том, что происходит в верхах. 

Политическое и военное начальство утверждало, что узнало об операции чуть ли не из газет, а Гибли – что поставил всех в как полагается в известность – и вопрос о том, когда и кто был проинформирован об операции стал главным вопросом для комиссии.

Так, Гибли утверждал, что в ходе подготовки к операции он ввел в курс дела начальника генштаба Моше Даяна, и во время его официального визита в США отправил ему письмо, датированное 19 июля 1954 года, которое начальник генерального штаба порвал. Копия письма имеется в документах военной разведки и содержит абзац, где начальник разведки пишет, что диверсии организуются "по приказу министра обороны Лавона". Но вот насчет подлинности документа имеются три версии: по одной – письмо подлинное и доказывает ответственность за провал руководство министерства обороны – Лавона, Шимона Переса, и начгенштаба, по другой – полностью сфальсифицировано, по третьей – уже после провала секретарша перепечатала письмо и добавила в абзац, где говорилось о совершении покушений, слова "по приказу Лавона".

Ясность мог бы внести руководитель сети Аври Эльад. Но по приказу начальника венной разведки он находился в Германии. В конце концов, несмотря на противодействие, его вызвали в Израиль для дачи показаний. Но Гибли через своих людей заранее проинструктировал Эльада еще в Германии, а затем и в Тель-Авиве, по поводу того, что тот должен говорить. В результате он выдал комиссии заведомо ложные показания и благополучно снова уехал.

После того, как премьер Шарет отверг требование Лавона начальника Генерального штаба Моше Даяна и генерального директора Министерства обороны Шимона Переса, давших показания против него, 16 февраля 1955 г. Лавон подал в отставку. При этом он уведомил главу правительства, что "оставляет за собой право сообщить партии, а также комиссии Кнесета по иностранным делам и обороне о причинах ... отставки".

Затем по предложению одного из приближенных Бен Гуриона, руководство правящей Рабочей Партии (Мапай) обратилось к отошедшему от дел Вождю с просьбой вернуться в правительство и занять пост министра обороны. 

Новость о возвращении Старика была воспринята с восторгом. 21 февраля 1955, спустя чуть более год после добровольного ухода из власти, восторженная толпа у входа в Кнессет приветствует его возвращение. Выборы в Кнесет третьего созыва состоялись 26 июля 1955 г., победила на них Рабочая партия и 18 августа 1955 г, чуть более чем через полтора года после ухода из политики, президент государства поручил Давиду Бен-Гуриону формирование нового правительства. 

Однако волны от "операции Сюзанны" продолжали расходится.

В том, что происходило в Каире оставалось (и остается до сих пор) много неясного: почему и кем был вообще принят этот рискованный план с непредсказуемыми политическими последствиями, почему для его выполнения были задействованы молодые неопытные египетские евреи, все как один участники сионистского движения – ведь они были известны египетским властям, почему сеть так быстро провалилась и, главное, почему был арестован только один из её руководителей – главного командира операции Аври Эльада египтяне тревожить не стали, хотя именно он является руководителем агентурной сети, и все следы, по идее, вели к нему. Спокойно, без спешки он сворачивает дела, продает машину и две недели спустя после начала арестов уезжает из Египта в Европу.

Последнее обстоятельство вовсю раскрутило руководство политической внешней разведки Моссад, независимость от которой хотело добиться руководство военной разведки, начиная операцию "Сюзанна".

16 декабря 1957 года по возвращении в Израиль после очередного задания, Аври Эльад был арестован. Дело курировал начальник Моссада легендарный израильский разведчик Исер Харель. Эльада обвинили в том, что работал на египетскую разведку и провалил израильскую разведсеть. Суд над Эльадом, начавшийся в июле 1959 года, проходил за закрытыми дверьми, доказать ответственность за провал подполья не удалось, но суд признал его виновным в "нанесении ущерба безопасности Государства Израиль" и приговорил к 12 годам лишения свободы. Верховный суд сократил срок до 10 лет, которые Эльад и отбыл в тюрьме от звонка до звонка.

Выйдя из тюрьмы и уехав из Израиля в Калифорнию, Эльад написал мемуары. В них он утверждает, что, как и Пинхас Лавон, не был ни в чем виновен. Аври Эльад считал себя жертвой начальника Моссада Исера Харэля. Точнее, жертвой его желания окончательно подмять под себя все спецслужбы, включая военную разведку.
 
Когда в 1968 году, после Шестидневной войны Израиль обменял сидевших в египетских тюрьмах еврейских подпольщиков, все они были тщательно допрошены, но ни один из них не назвал Аври Эльада в качестве потенциального предателя. Сами египтяне утверждали, что раскрыть еврейское подполье им помог некий тайный агент по кличке Вагнер, но никаких подтверждений, что он и Эльад – одно и то же лицо, так найдено и не было. 

Разведоперация в Каире закончилась провалом, арестами и гибелью людей – но в Иерусалиме ее последствиями (преднамеренными или нет – знает только Б-г) стал политический провал преемников Бен Гуриона, возрождение карьеры основателя нового Израиля и победа Моссада в борьбе за первенство между политической и военной разведкой.


Tags: Мои тексты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments