рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Взгляд с Запада: реакции на русскую политику последнего времени

Среди российской политически озабоченной публики господствует убеждение в том, что Запад, т.е. Западная Европа и США, "желают ослабления России", хотят "добиться контроля над ее ресурсами" и даже мечтают "расчленить Россию". Это, однако, не так. Думаю, только полной оторванностью российской публики и аналитиков от западных реалий можно объяснить их странное предубеждение. Вряд ли немцы-люксембуржцы-итальянцы-греки-французы-голландцы и прочие португальцы мечтают превзойти героические подвиги армии маршала Паулюса под Сталинградом.

Запад хочет от России совсем другого: чтобы она была включена как интегральная часть в западную экономическую систему, чтобы не грозила драматическим образом изменить сложившееся равновесие сил, вообще была бы неагрессивна, а власть в ней была бы предсказуема. В случае выполнения этих условий, если Россия начнет играть по правилам, принятым Западом (правилам "цивилизованного мира", как там их еще именуют), Запад не только вполне готов, но считает естественным и необходимым допустить, так сказать, Россию "в свои ряды", "в члены клуба" - в том числе и полностью инкорпорировать современную российскую правящую элиту в элиту Запада.

При этом не нужно забывать о том, что между "членами клуба" может быть и соперничество, что каждый продолжает "искать свою выгоду", что отношения между "членами клуба" строятся по законам конкуренции, но конкуренции не дикой, а здоровой, цивилизованной, за рамки никто не выходит и правил игры никто не меняет - кроме тех, конечно, кому изменять правила игры разрешают сами правила.

Собственно, вся политика российского правящего истеблишмента с начала 90-х велась в данном направлении - в направлении выполнения этих условий для "вхождения в цивилизованный мир". Конечно, кроме объективных препятствий, объективного столкновения интересов России и Запада на этом пути имеются и препятствия психологические. Они не менее трудны для преодоления. Как минимум в течение семидесяти лет советского периода отношения Россия-Запад строились в конфронтационном ключе, и наработанный балласт взаимных страхов и подозрений сбросить нелегко. В России привыкли видеть лишь одну сторону монеты - те обиды, которые нанесла стране Европа и Америка. Но им доставалось тоже несладко - в конце концов, представьте себе, каково жить рядом с медведем.

Вся деятельность Путина на посту главы государства была подчинена решению именно этой задачи: обеспечить "вхождение в клуб". К концу второго срока Путина этот факт, можно сказать, был полностью признан и оценен западным истеблишментом. То есть признан факт наличия самих стараний, искреннего желания нового российского руководства стать "частью цивилизованного мира", и оценены предпринятые для этого практические шаги. В России эти шаги иногда называют "сдачей крепостей" и даже "предательством интересов", однако, с точки зрения "сдающих", никакого предательства тут не только нет, но дела даже обстоят прямо противоположным образом: крепости, направленные против того, с кем ты не только не собираешься более воевать, но искренне желаешь объединиться в единое целое, не только не нужны, но и вредны. Их надо как можно скорее сломать, а на освободившемся месте воздвигнуть что-нибудь полезное, соответствующее духу нового времени: музей там, торговый центр, закусочную - и практическая польза, и бывшего противника убедишь в своей дружбе.

Путин и его команда, вообще российский правящий класс признаны "своими", а их политика - политикой, проводимой в интересах "цивилизованного мира" и по его законам. При этом Запад "относится с пониманием" к тем "трудным условиям", в которых Путину приходится действовать, ведь "корабль Россия" - не какое-то там верткое туземное каноэ, он обладает огромной инерцией, и развернуть его на новый курс непросто.

Именно поэтому дело Литвиненко, например, еще несколько лет назад было бы, что называется, использовано на всю катушку, ведь английская полиция практически открытым текстом заявила, что у нее есть доказательства причастности к преступлению российских спецслужб. Однако сейчас оно разворачивается точно так же, как если бы это ЦРУ ликвидировало своего мятежного и ставшего опасным сотрудника. О кровавых преступлениях империи зла нет и помина.

Куршевельский скандал с Прохоровым, пожалуй, только прибавил симпатий к России - во всяком случае, среди западного "высшего общества", которое пожурило Россию в снисходительном духе "старших товарищей": "Надо же, они совсем как мы, тоже люди. Кто без греха? ах, помню, я в молодости, хе-хе".

В этом смысле также крайне удачным является и последний арабский вояж Путина. Раньше именно через отношения с арабским миром пролегала одна из главных конфронтационных линий "холодной войны". Россия-СССР делала ставку на антизападные арабские режимы, была их главной опорой, вооружала их и пестовала. Именно Советский Союз (более того - именно родная организация российского президента) во многом стоял за террором арабских радикалов. Арабская политика России последних лет тоже была выдержана в антизападном ключе: ставка на Саддама Хусейна, на Сирию, на "Хамас" - все это отнюдь не способствовало наработке доверия, нужного для "вхождения в клуб".

Но теперь ситуация коренным образом изменилась: Путин демонстративно выбрал своими "главными арабскими друзьями" режимы, максимально близкие Западу, максимально полно встроенные в западный мир, элиты которых полностью инкорпорированы в правящую элиту Запада: Королевство Саудовская Аравия, Иорданское Хашемитское Королевство, Эмираты Залива. Показательно, что путинский визит прошел после серии беспрецедентных контактов между этими арабскими странами и Израилем: так, один из самых влиятельных саудовских политиков, бывший посол в Вашингтоне, а ныне советник по национальной безопасности принц Бандар бен Султан встречался с израильским премьер-министром Эхудом Ольмертом, а эмир Катара - с израильским вице-премьером Шимоном Пересом. Иордания вообще давно является стратегическим партнером еврейского государства.

Однако самые последние события российской политической жизни - новый идеологический курс в сторону русского национализма и кадровые перестановки в высших эшелонах власти - вызвали некоторое беспокойство как минимум у некоторых западных ведущих аналитиков и политиков.

Но беспокойство это совершенно иного свойства, чем то, что имело место раньше, в допутинскую эру. Оно вызвано не действиями Путина и его команды, но это беспокойство за Путина. Все понимают, что на подходе к пресловутому 2008 году Российская Федерация вступает в зону повышенной турбулентности. Удержать страну на выбранном курсе, избежать встряски, грозящей непредсказуемыми последствиями, а то и распадом системы, - совместный интерес и западных элит, и российской правящей команды.

Еще совсем недавно один из тех, кто определяет израильскую (и не только) политику в отношении РФ, с плохо скрываемой завистью говорил мне про российского президента: "Удивительно, как ему удается абсолютно все! Такая политическая удача!" На фоне постоянных израильских скандалов, на фоне неопределенности, в которой находится команда американского президента, эту зависть легко понять. Но зависть эта, понятно, белая, ведь "его удача - наша удача".

Однако чем ближе к политическим рифам, тем больше растет беспокойство, не отвернется ли от Путина его феноменальная удача, - это было бы особенно обидно именно сейчас, когда поворот от конфронтационной модели отношений с Западом уже почти произошел.

Взятый Кремлем курс на перевод "русского национализма" в "цивилизованный ракурс", разговор на языке русских национальных ценностей - тоже поле возможных неприятностей. Западные партнеры Путина отдают себе отчет, что более игнорировать этот жгучий вопрос нельзя, иначе события могут вырваться из-под контроля.

Вот что написал, в порядке частного мнения, сразу после новых назначений в России, один из влиятельных аналитиков, занимающийся проблемами России (цитировать свои слова он разрешил на условиях анонимности):

"Первое, что видно с ходу: система пошла вразнос. За 7 лет правления было много неточных, даже неумных решений, но вот Сердюков - это первое решение неадекватное. Уже Иванов был пощечиной армии, учитывая исторически сложившуюся "любовь" между ВС и КГБ. А это - мебельный завсекцией - даже не пощечина, пинок. И именно сейчас, когда лояльность низовых звеньев может оказаться критической!

Однако не исключено, что такой выбор определяется, прежде всего, соображениями безопасности и управляемости, чтобы, не дай Бог, армию не начал возрождать действительно сильный и популярный в своей среде профессионал типа генерала Лебедя или Рохлина.
В кремлевской команде доминирует осторожность. Странно, что она изменила команде Путина в вопросе о розыгрыше карты Русского Национального Возрождения, где власть, похоже, попала в патовую ситуацию.

Если на первые роли назначить бесцветных марионеток, то инициативу и улицу захватят внесистемные национал-радикалы. И вся раскрутка проекта РНВ на уровне официальных СМИ будет помогать им и топить власть. Если же на первые роли выдвигаются креативные личности с собственными политическими амбициями - в их руки даются очень сильные рычаги, а возможность контролировать их у Власти будет очень невелика. Кого бы ни поставили на этот проект, даже русского деятеля из ближнего зарубежья, - у него будет огромный соблазн радикализироваться и уйти в свободный полет. То есть в любом случае велики шансы, что во главе его встанут малоуправляемые и амбициозные люди и, как следствие, проект перестает быть безопасным.

В итоге придется проект или глушить, или сталкиваться с остронегативными последствиями, как и несколько лет назад, только в более сложной обстановке. А жаль, т.к. проект хороший, нужный и сверхважный - только надо его реализовывать, как говорится у компьютерщиков, в режиме "safe mode"".

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments