рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Category:
Столетие синагоги

  На трибуну   вышел главный раввин города-героя   Москвы Пинхас Гольдшмидт:

- Те, кто ходит   в синагогу не только на концерт, но и на молитву знают, что молитву   ведет кантор. Но еврею не достаточно только   слушать   ведущего,   необходимо   еще и самому   что-то сказать – лично поблагодарить В-севышнего. Так вот … - он сделал эффектную паузу… -   я   хочу сказать лично огромное спасибо   мэру города Москвы – Ю.М. Лужкову за столь великолепную   синагогу.


Столетие синагоги

Авраам Шмулевич

7 июня в жизни Москвы произошло знаменательное событие. Московская Хоральная Синагога в Спасоголенищевском переулке (бывш. улица Архипова) отмечала свое столетие. Место это более известно просто как Горка, и именно под этим именем оно на веки вошло и в историю еврейского народа и в историю России. Причем историю чего угодно – Советской власти и борьбы с Советской Властью, еврейской культуры и антисемитизма, русской музыки (нет, наверное, такого российского великого певца, будь он не то что евреем, но хоть негром преклонных годов, который не выступал бы в ее зале с великолепным синагогальным хором), историю русской литературы, русской дипломатии, русского бизнеса, русской науки и далее по списку Большого Энциклопедического Словаря, ибо нет такого еврея, московского вообще и российского в частности, жизнь которого не переплеталась бы с этим местом, и нет такой области русской жизни, которая не была бы обильно отмечена (различные интересанты скажут «облагорожена» или же «загажена» - но мы предпочтем позицию тупого нейтралитета стороннего наблюдателя) присутствием Еврея.

  Именно так, с большой буквы, ибо какой же мы, к лешему, сторонний наблюдатель?!   

В общем, лично для меня не много в России мест, которые пробуждали бы столько волнующих воспоминаний.

Синагога эта пережила многое: построена она была в конце 19 века на деньги богатых московских евреев, в основном Полякова, и по размаху и великолепию внешнего вида и интерьеров вполне соответствовала, как сказали бы теперь, позиции главной Синагоги Третьего Рима. Это ее и погубило. Тогдашний московский генерал-губернатор двоюродный брат царя князь Сергей Александрович как-то, проезжая мимо, автоматически перекрестился на великолепный синагогальный купол. После чего, осерчал и приказал купол снести, а синагогу прикрыть к чертям собачим. Открыта она была вновь только после революции Девятьсот пятого года – каковое событие и праздновали ныне московские евреи. При советской власти синагогу хоть и не закрыли, но и ни разу не ремонтировали. Пока уже постсоветский градоначальник Лужков не посетил место сие, удивился его запущенности и   пообещал помощь при реставрации. Выслушав рассказ про злополучный купол, он сказал «Один градоначальник его разрушил, а второй – построит!». И повелел восстановить в великолепии большем, чем прежнее. Реставрация была произведена по найденным в архивах чертежам, а добавочное великолепие выразилось в водружении над возрожденным куполом гигантской звезды Давида. Так что вновь повторить княжескую ошибку   ныне затруднительно, (Магендовиды над куполами синагог, надо отметить, исключительно постсоветско-российский вклад в синагогальную архитектуру, в иные эпохи и в иных странах подобное принято не было). Тщанием Леопольда Каймовского, руководителя Московского Еврейского Религиозного Общества (МЕРО) синагога была отреставрирована просто великолепно. Был полностью воссоздан интерьер, включая даже скамьи из векового дуба и таблички прихожан на них, сохранившиеся с дореволюционных времен. Московская синагога ныне – одна из красивейших в мире.

Уже на дальнем подходе к синагоге стояли металлоискатели и несколько   людей   в   форме. Я попытался найти обходной путь, но обнаружил, что все подходы перекрыты плотной цепью ОМОНа и просто милиции. Синагогальный переулок бы наводнен мужчинами и женщинами явно еврейского   вида. Чуть ближе к самому зданию синагоги стоял   второй ряд   металлоискателей с гораздо более мощной охраной. Моя спутница    решила проявить навык профессионального этнографа, выяснить степень «сознательной вовлеченности масс в происходящий процесс», и подошла к ближайшей группке женщин:

- Извините, пожалуйста, а что за мероприятие   сегодня?

Женщина оглядела ее с ног до головы, задержав взгляд на длинной юбке, и спросила подозрительно:

- А вы - еврейка?

- Да

- Тогда - 100-летие синагоги.

- А почему такая охрана?

- Так   ведь   Лужков   здесь! Мы его так любим!

Однако пройти внутрь оказалось достаточно просто – милиция посмотрела на мою кипу и бороду и пропустила беспрепятственно. Бегло осмотрели меня лишь охранники самой синагоги, на входе. Впрочем, другим повезло меньше. Мужчины-охранники ощупывали женщин - вещь абсолютно недопустимая по еврейским религиозным канонам, в Израиле и на религиозных мероприятиях в странах цивилизованной диаспоры всегда присутствуют в достаточном числе женщины-секьюрити.

  Перед подъездом стояла празднично одетая и   достаточно организованная   очередь. В толпе переговаривались, обсуждая   фейерверк, который планировался в одиннадцать   вечера, квартиры, которые   кто-то получил благодаря   Лужкову,   свои   наряды, личную   жизнь   друг друга. Внутрь не пускали, и очереди   было скучно. Среди гостей практически не было религиозных.   Появился   человек с бородой, который принялся бегать от мужчины к   мужчине и просить   быть   десятым   в миньяне (десять мужчин, - минимальное число, необходимое для коллективной молитвы). Никто не соглашался – ведь скоро   открытие! Только двое подростков явно религиозно-еврейского вида (в кипах и цицит), - видимо, ученики одной из московских религиозных школ, узнав, что есть миньян радостно последовали за вестником. Интересно, что таких детей в толпе почти не было, еще только пара человек, явно пришедших с родителями –   то есть, никакой разнарядки обязательного посещения по еврейским школам, на такое важное мероприятие московское иудейское начальство (к его чести) не выдало.

Наконец, открылись двери и толпа начала медленно двигаться ко входу.

Народ оглядывается по сторонам,   все переговариваются, только о синагоге вообще и о религии в частности не слышно ни слова.   Все ждут Лужкова. И вот …

- Мэр города   Москвы – Юрий Михайлович Лужков!!!!

Мэр поднимается на   возвышение –   зал   словно   взорвался.   Летят крики: «Мы вас любим!», «Храни вас Б-г!!», «Спасибо!!!».

Мэр   разразился пространной речью об истории синагоги, ругая   законы советской   власти, о том, как это   важно, что бы верующие имели место для молитвы и в конце речи торжественно провозгласил:

- И вот наша борьба за синагогу увенчалась успехом, и я гордостью объявляю, что реконструкция закончена!

С кем именно он боролся за религиозные свободы, Юрий Михайлович не уточнил – так что, видимо, он был подпольным диссидентом-сионистом в советские времена.

Затем вышел сводный хор школьников с   солисткой – девушкой   лет   семнадцати.

Мужчинам слушать «вживую» женское пение, если это не голос собственной жены, галаха (еврейский религиозный закон) запрещает, надо отметить.

Хор спел гимн Москвы, вместе с Лужковым, которого попросили не уходить со сцены, затем две песни на иврите, и удалился.

Но предел славословий Лужкову, как оказалось, был еще далеко не превзойден

 

  На трибуну   вышел главный раввин города-героя   Москвы Пинхас Гольдшмидт:

- Те, кто ходит   в синагогу не только на концерт, но и на молитву знают, что молитву   ведет кантор. Но еврею не достаточно только   слушать   ведущего,   необходимо   еще и самому   что-то сказать – лично поблагодарить В-севышнего. Так вот … - он сделал эффектную паузу… -   я   хочу сказать лично огромное спасибо   мэру города Москвы – Ю.М. Лужкову за столь великолепную   синагогу.

На память пришел другой великий градостроитель и украшатель столиц – Александр Македонский (Евреи его в свое время тоже очень любили. Уж не меньше, чем   Лужкова). Так вот, в Египте Александра   объявили богом – местным, египетским. Как утверждали древнеегипетские жрецы, Александр немедленно приобрел свойства и подобие этого бога.

Ну, египетские боги антропоморфны, разница во внешности невелика, наверное, никто и не заметил превращения. Но   вот, наш, еврейский и Истинный Б-г  бестелесен, так же как и бесконечен. Я мысленно похолодел и затрепетал,   представив, какой облик может принять мэр московской столицы – но, к счастью, р. Гольдшмитд, видимо, не имел намерения выразиться буквально, или просто сказалось то, что русский для него не родной, во всяком случае, никаких видимых изменений с Юрием Михайловичем на трибуне не произошло.

Впрочем, пися (пиша) (написая), короче, при написании этого текста выяснилось, что

бессмертия, во всяком случае, виртуального, Юрий Михайлович уже достиг, что Лужков уже крепко сидит в скрижалях истории. Вордовский спеллер, исправляя случайно   пропущенное «Л» в фамилии великого Мэра выдал на «ужкова» только три варианта:

  «Лужкова», «Ежкова», «Жукова». Может ли быть свидетельство о достижении бессмертия в памяти потомков выше, чем это?   (Хотя, вынужден признаться, что кто такой Ежков, я к стыду своему не знаю,   хотя я таки иностранец в России, так что это – не показатель).

 

Ведущий возгласил: «А теперь прошу всех поприветствовать   автора книги «История Московской Хоральной синагоги». (Имел место произойти еще и показ фильма об истории оной). Но фамилию его мы уже не услышали, так как   направились к выходу. Увы, ничего специфически еврейско-религиозного   в данном мероприятии не было, среди   пришедших практически не   было религиозных (соблюдающего еврея видно издалека), хотя все   мужчины   были в   кипах, причем с эмблемой МЕОЦа (там их раздают каждому пришедшему   бесплатно), конкурента организации КЕРООР, к которой относится Хоральная синагога. (КЕРООР и МЕОЦ – аббревиатуры двух соперничающих еврейских религиозных организаций, но история их любви – это отдельная истории, и ее мы не будем касаться). У   выхода   уже накопилась толпа – народ массово выходил, многие   достали сигареты.   Кто-то   выразил   сожаление, что в здании   синагоги нельзя курить, и нет буфета.

Некий оттенок   религиозности   этому   мероприятию   придало решение   устроителей раздавать   бесплатно всем пришедшем   Пятикнижие Моисеево (Хумаш). Пожелавший остаться неизвестным благотворитель, оплативший эта дело, планировал раздать их в количестве трех тысяч штук.

После раздачи Пятикнижия должен был последовать фейерверк   – «Лужков обещал грандиозный фейерверк!!!» - восторженно говорила кому-то по мобильнику, воздав глаза к небесам, стоявшая рядом со мной тетка.

Фейерверка я дожидаться   не стал – в один из приездов в Москву меня угораздило поселиться рядом с казино. Фейерверки там устраивали беспрерывно – «по случаю выигрыша» - как мне объяснил некий Человек_Кавказской_Национальности_в_Бриллиантах, когда я, по домашней привычке к совсем другой канонаде, выскочил на улицу после первого неожиданного для меня залпа. Видимо, праздновали там выигрыши самого казино – залпы шли беспрерывно. Во всяком случае, с тех пор к фейерверкам у меня стойкая отрицательная реакция, на уровне собаки Павлова, и синагога - самое последнее, с чем они могут ассоциироваться.

К нам подошли две женщины, познакомились и начали хвалить   хор: какие   хорошие голоса и как славно   спели песенки. Особенно им понравилась солистка.

Я с сомнением   заметил, что солистка в синагоге – это как-то   неправильно, на что мне ответила одна из   женщин:

- Мир то меняется.

- Да,   меняется. Но не настолько же.


Tags: Евреи, Мои тексты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments