рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Category:

Еврейский комиссариат и Евсекция. Статьи из КЕЭ

ЕВРЕЙСКИЙ КОМИССАРИАТ, Центральный комиссариат по еврейским национальным делам, правительственный орган советской власти для проведения среди евреев национальной политики коммунистической партии. Еврейский комиссариат функционировал с 20 января 1918 г. по апрель 1924 г. (наряду с другими комиссариатами национальных меньшинств) в составе Народного комиссариата по делам национальностей, который возглавлял И. Сталин. Комиссаром Еврейского комиссариата был назначен Ш. Диманштейн, его заместителем — левый социалист-революционер (эсер) И. Добковский. В Еврейском комиссариате работали Ш. Агурский и другие прибывшие из эмиграции и отдалившиеся от русского еврейства анархисты, примкнувшие к большевикам. До середины 1918 г. в Еврейском комиссариате сотрудничали также левые По‘алей Цион во главе с Цви Фридляндом (1897–1936), тогда как Бунд и другие влиятельные в то время еврейские партии и значительная часть внепартийной еврейской интеллигенции занимали позицию непризнания советской власти. Лишь считанные еврейские литераторы (З. Вендров, Ш. Нигер, Д. Чарный) помогали Еврейскому комиссариату издавать его орган — первую советскую газету на идиш «Ди вархайт» (выходила с 8 марта по 1 августа 1918 г.). В Еврейском комиссариате была образована группа для работы с беднейшим еврейским населением, а для контроля, главным образом над еврейскими школами, — отдел культуры и просвещения во главе с Н. Бухбиндером, издававший собственный журнал «Еврейская трибуна» (№ 1–4, 1918). В течение 1918 г. было создано 13 местных Еврейских комиссариатов (в Витебске, Ельце, Могилеве, Перми, Тамбове и других городах). Центральный Еврейский комиссариат под влиянием сторонников автономизма (главным образом из По‘алей Цион) призывал через свою газету образовать местные еврейские советы или еврейские секции при местных советах «для укрепления советской власти и борьбы с национальной буржуазией», а также созвать Всероссийскую конференцию для определения форм организации еврейской жизни в советской России и для избрания комиссара по еврейским делам. От мысли о демократической еврейской автономии Еврейский комиссариат отказался тотчас после состоявшегося в начале июля 1918 г. в Москве съезда еврейских общин при участии представителей еврейских политических партий. Избрание съездом Центрального бюро, которому было поручено координировать работу еврейских учреждений, вызвало репрессии советских властей. Из Еврейского комиссариата были устранены все небольшевистские сотрудники. Была начата организация евсекций коммунистической партии, которые в тесном контакте с Еврейским комиссариатом подчинили партийному контролю решение всех проблем жизни советского еврейства. На первой конференции Еврейского комиссариата и евсекций (октябрь 1918, Москва) были официально избраны комиссар Еврейского комиссариата (Ш. Диманштейн) и коллегия комиссариата, которой поручили ликвидировать все институции еврейских общин. Декрет (подписан Ш. Агурским и утвержден И. Сталиным) о закрытии Центрального бюро еврейских общин, их правлений, о передаче всех общинных средств и имущества местным Еврейским комиссариатам был опубликован в июне 1919 г., но закрытие синагог и ликвидация общинных учреждений, иешив, хедеров, школ с преподаванием на иврите начались раньше (в Орле, Перми и других городах).

Еще в 1918 г. Еврейский комиссариат издал антисионистскую брошюру З. Гринберга (1887–1948?) «Ди ционистн ойф дер идишер гас» («Сионисты на еврейской улице»). В циркуляре Еврейского комиссариата от 23 июля 1919 г. о закрытии общинных заведений Ш. Диманштейн объявил о предстоящей ликвидации Тарбута, Хе-Халуца и других сионистских «буржуазных организаций». Тем не менее Еврейский комиссариат практически не вел борьбы с сионизмом, за что подвергался критике в партийной коммунистической печати. По настоянию евсекций Еврейский комиссариат объявил иврит «реакционным языком», и 30 августа 1919 г. Народный комиссариат просвещения запретил его преподавание во всех учебных заведениях. Началось изъятие из библиотек книг на иврите.

По мере утверждения большевистской доктрины о преобразовании народов советского государства в «единую советскую нацию» функции Еврейского комиссариата как правительственного органа все больше сужались. В конце 1918 г. решение вопросов еврейской культуры и образования перешло к Еврейскому бюро, учрежденному при Народном комиссариате просвещения, а другие области работы с еврейским населением были включены в сферу деятельности соответствующих комиссариатов. В январе 1919 г. местные Еврейские комиссариаты были превращены в еврейские отделы при губернских комитетах коммунистической партии, а в начале 1920 г. Еврейский комиссариат стал отделом Народного комиссариата по делам национальностей, тогда как идейное и практическое руководство мерами по «советизации» труда и культуры евреев Советского Союза сосредоточилось в руках евсекций.

 

ЕВСЕКЦИЯ, название еврейских коммунистических секций РКП(б), созданных в советское время наряду с другими национальными секциями. Главной задачей таких национальных секций являлось распространение коммунистической идеологии в среде национальных меньшинств на их родном языке и вовлечение их в «строительство социалистического общества». Одной из специфических целей Евсекции являлась борьба с Бундом и другими еврейскими социалистическими партиями, а также с сионизмом. Создание Евсекции знаменовало передачу от правительственных органов (см. Еврейский комиссариат) партийным компетенции в решении проблем еврейства Советского Союза. Первая Евсекция была организована в июле 1918 г. в Орле, вторая — в Витебске, а затем еще в 11 городах с еврейским населением. Евсекция начала свою деятельность в тесном контакте с еврейскими комиссариатами, и ее первая конференция (открылась 20 октября 1918 г. в Москве) проводилась совместно с еврейскими комиссариатами. На конференции присутствовало 64 делегата (из них 33 беспартийных, главным образом еврейские учителя и работники культуры). Коммунисты создали свою фракцию, избравшую Центральное бюро Евсекции (главным образом из членов Центрального еврейского комиссариата) в составе Ш. Диманштейна (председатель), Ю. Шимелиовича (1890–1919), М. Альского, Ш. Агурского (1884–1947) и А. Криницкого-Бампи (1896–1971). Заседания конференции велись на идиш и русском языке. Некоторые делегаты высказывались за предоставление Евсекции большей самостоятельности. Но в докладе о формах организации Евсекции подчеркивалось, что она не представляет собой нечто обособленное от российского коммунистического движения и не преследует особых национальных задач, а также, что идиш не является для Евсекции самоцелью, так как «сам по себе язык для нее совершенно неважен», он необходим лишь как средство общения с еврейскими массами на их родном языке. Этим, однако, стремление к автономии части политических деятелей, связанных с Евсекцией, не было сломлено. Например, на Украине в мае 1919 г. (после ухода с ее территории германской армии) с согласия местных коммунистов вместо Евсекции был образован отдельный еврейский Коммунистический союз (Комфарбанд). Его создали Комбунд и другие группы Бунда и Объединенная еврейская социалистическая рабочая партия, а возглавили М. Рафес, А. Чемерисский, А. Мережин (1880–193?) и др. (Подобный этому Комфарбанд в Белоруссии был основан в январе-феврале 1919 г.) Но уже в июне 1919 г. решением второй конференции Евсекции Комфарбанды были ликвидированы, а их члены подлежали индивидуальному приему в коммунистическую партию. Голоса делегатов о том, что «еврейское коммунистическое движение все же нуждается в независимых организационных формах», были расценены как «отрыжка бундизма», а при вступлении комфарбандовцев в компартию к ним относились крайне подозрительно. На третьей конференции Евсекции (июль 1920) влившиеся к тому времени в компартию бывшие члены еврейских партий выступили с предложением превратить Евсекцию в автономную еврейскую организацию внутри партии. Ответом было решение конференции, в котором подчеркивалось, что Евсекция «... является лишь техническим массовым аппаратом в партии». Эту роль Евсекции подтвердило и решение ее четвертой конференции (1921).
Одной из насущных задач советской власти была борьба с пауперизацией, достигшей среди еврейского населения колоссальных размеров. На территории Белоруссии и Литвы при помощи Евсекции были образованы в 1919 г. еврейские земледельческие артели. Однако советско-польская война (1920) заглушила это начинание. С 1924 г. деятельность Евсекции по трудоустройству «деклассированных элементов» выражалась в содействии направлению евреев в промышленность и сельское хозяйство, а также в руководстве созданием ОЗЕТа, в пропаганде Биробиджанского проекта (см. Биробиджан), в осуществлении которого на начальных этапах Евсекция непосредственно участвовала.
Главную свою задачу члены Евсекции видели в «коммунистическом воспитании еврейских масс» и выступали на местах инициаторами ликвидации общинных институций, агитировали за закрытие синагог, шельмовали раввинов, резников (см. Шохет в Словаре терминов) и т. д. как «служителей культа». Сосредоточив в своих руках почти полностью печать на идиш (газеты, журналы, издательства), они закрыли путь изданию книг на иврите, который по их наущению был объявлен «реакционным языком». В 1920-х гг. были ликвидированы или поставлены под надзор Евсекции последние остатки некоммунистических еврейских политических обществ и культурных организаций (Хе-Халуц, театр «Хабима», левые По‘алей Цион, ОРТ). Под контролем Евсекции оказались школы на идиш, кафедры и институты «еврейской пролетарской культуры», еврейские культурные учреждения, объединения писателей и т. д. Борьба Евсекции за создание советской еврейской культуры и внедрение коммунистической идеологии сопровождалась нигилистическим отношением к прошлому еврейского народа, негативной оценкой деятельности «мелкобуржуазных и антисоветских» еврейских левых партий, особенно сионистского движения, с которым Евсекция вела яростную борьбу. В то же время Евсекция проводила идею «идишизации» еврейской жизни, помогала создавать суды и местные советы, в которых официальным языком был идиш (к 1931 г. на Украине таких судов было 46, местных советов свыше 150, из них три районных; в Белоруссии десять судов и около 25 местных советов).
Вся эта деятельность Евсекции парадоксальным образом превращала ее из «технического аппарата» приобщения еврейского населения «к социалистическому строительству» в центр консолидации еврейской жизни в Советском Союзе. Это обстоятельство стало главным объектом полемики, развернувшейся на совещании Евсекции в 1926 г. Сторонники форсирования ассимиляции советского еврейства объявили всякую особую работу среди еврейского населения «националистическим уклоном», тогда как часть членов Евсекции считала такого рода работу необходимым средством сохранения еврейского народа. ЦК ВКП(б) расценил вторую точку зрения как «националистические тенденции в работе Евсекции» и сразу после совещания Евсекции принял решение о преобразовании ее в Еврейское бюро, что резко сокращало ее полномочия. В январе 1930 г. Еврейское бюро было закрыто в порядке общего решения о ликвидации национальных секций в коммунистической партии Советского Союза.


Бывшие активисты Евсекции, продолжавшие свою деятельность главным образом в еврейской печати, культурных и научных учреждениях, пытались удержать за собой роль руководителей еврейской культуры, но их влияние заметно убывало, а в пору массовых репрессий 1937–38 гг. почти все они были арестованы и уничтожены. В эти же годы начался процесс свертывания еврейских образовательных и культурных учреждений, завершившийся разгромом еврейской советской культуры на идиш в конце 1940-х гг. Деятельность Евсекции была, по-видимому, последней попыткой наладить какие-либо формы еврейской жизни в рамках советского строя и коммунистической идеологии. Опыт Евсекции показал полную несовместимость любой еврейской инициативы, даже носящей коммунистический характер, с партийным и государственным режимом, установленным в Советском Союзе.


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments