рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

ГЕОМЕТРИЯ РЕВОЛЮЦИИ The best of Korchinsky

Дмитро Корчинский - создатель и бывший руководитель УНСО - полное название - УНА/УНСО - Украинская Национальная ассамблея/ Украинская Национальная Самооборона. Кроме того - пишет стихи на украинском, как говорят хорошие. Стреляет тоже отлично, командовал боевиками УНСО в различных горячих точках..
Сейчас Корчинский отошел от политики и ведет несколько программ по украинскому ТВ. УНА/УНСО возглавляет Андрей Шкiль. Парень боевой, но отнюдь не поэт, как Корчинский. Правда, опубликовал книжку по геополитике: Шкіль Андрій. Вітер імперії. Збірка статей з геополітики. Львів: Євразія, 2000. — 48 с. (Шкиль Андрей. Ветер империи. Сборник статей по геополитике. Львов: Евразия, 2000.).
Я ее не читал, если кто может сказать что-то об уровне теоретической мысли Шкiля - буду признателен.

Здесь - небольшая подборка из программных текстов Корчинского.

Когда позор достаточно растянут во времени, он воспринимается как жизненная реальность. Привыкнешь - понравится.
Если русские танки поедут по Крещатику,
найдется небольшая кучка патриотов, которые начнут по подвалам замешивать напалм и подыскивать наиболее удобные цели. Но если это не танки, а вялые постановления, договора и протоколы, если государственный флаг с Верховного Совета полезет срывать не русский десантник, а милиционер Печерского РОВД, сколько тогда найдется бомбистов и повстанцев?

Когда начинается война, большинство людей продолжает жить в ней так же буднично, как они жили раньше, они являются объектами войны, мясом. И даже командиры, в большинстве своем, не являются ее субъектами, они точно также находятся в потоке войны, как чиновники в конторе. Когда же в потоке войны возникает тот, кто является ее субъектом, тогда внезапно что-то изменяется вокруг, тогда на горизонте неясно начинает вырисовываться победа. Субъект войны одновременно является субъектом победы.

Ошибочная, часто не осознанная мысль, что невинный не сядет, что если не за что, то и не убьют. Таких и гибнет больше всего. Во всех войнах невинные составляют основное количество жертв. Это абсолютно разные вещи: погибнуть с оружием в руках или в роли невинной жертвы. В тюрьме самые несчастные - это невиновные. Нет ничего хуже липкого ужаса и обвала сознания и бессмысленного вопля внутри: "за что?" и омерзительной слабости. Нужно избавиться от комплекса невиновности. Это значит, что надо быть виновным. Больше возможности убежать и легче сидеть, легче умирать.

Массы требуют не столько хлеба, сколько зрелищ. Вместо вражеского хлеба необходимо дать наши зрелища, культуру, которая продуцируется борьбой.

Курд и моджахед - хорошие бойцы, если влияние цивилизации ограничивается тремя месяцами учебного лагеря, элементами тактики, коммунизма и корректирования минометного огня (собственно это все, что стоит взять от цивилизации).
Но те крепости в целомудренных душах обитателей гор или тропических лесов, которые не разрушил напалм, разрушает кока-кола, она подмывает мотивы стрелять, мотивы умирать. Кто не сдох от голода, сдохнет от переедания.

Революционер - это первый, кто получает от нее в зубы, она не всегда такая, как он мечтал во время сеансов подростковой мастурбации.
С революции невозможно получать прибыль, ибо она - растрата. Она не кормит своих адептов. Она не кормит массы. Ставить вопрос, что дает революция народу - бессмысленно. Революция сама по себе является благом, бессмысленно ожидать благ после нее.
- Москали на нас не идут?
- Ну так мы пойдем к ним.
Экономика - это съездил в Турцию, привез, продал, кинул, заработал. А если это эмиссия ценных бумаг европейского банка, то это не экономика, а мистика. Чем выше в сферы финансовых операций, тем больше макабра. Игра на мелких нюансах тысяч правил, на отношениях и разрешениях возможно имеет какое-то отношение к производству, но в целом самодостаточна. Прибыль берется из воздуха.

Когда тебе скажут: "Это философ", спроси, по какой статье он сидел? Когда скажут: "Это поэт", - спроси, где он воевал?

Нацию рождает меткий выстрел.

Причин процветания Америки бессмысленно искать в ее налоговом законодательстве. Их нужно искать в тайных источниках жизни, короче черт его знает, где их искать. Архетип культуры не может быть высказан дискурсивно. Это скачек.

Отчужденные формы, административные и финансовые механизмы самодостаточны и тяготеют. В революции им противостоит желание принять участие в истории, это эстетическое желание. Желание возглавить историю, прыгнуть. Время от времени рождается экзистант, ставящий перед собой вопрос почему тут все решают эти жирные боровы в пиджаках, какие-то механизмы, а, например, не я?

Спильнота - это не форма организации, это экзистенция, напряженное бытие.
Дальнейшая революция - это революция спильнот. И перед ней два пути:
- уничтожение общественной машины и ее атрибутов;
- уничтожение общественной машины и создание спильноты озарения.
-
В школах и вузах нас насильно запихивали изысканной теорией революции, написанной выдающимися революционными практиками. Некто ничему не научился. Знания должны быть тайными именно для того, чтобы овладевать массами.

Когда говорят "духовность" - представляют васильки, а это пожары. Приоритет духовного - это беспредел. Интеллигенты первой половины столетия, которые интересовались Ницше, вопили, как недорезанные свиньи, когда железные колонны ницшеанцев входили в их горящие города. А что им говорил Заратустра?

Необходимость внеэкономического регулирования экономики привела к возрождению абсолютности конфликта и насилия. Фактически, этот мир знает лишь иллюзорные пацифистские утопии, призванные скрыть реалии войны. Каждый миролюбивый демарш является столько же патетичным, сколько и лицемерным. Понятие войны является центральным и имеет не только негативный, но и позитивный смысл. Логика войны направляет подрывной ум. Только очень наивные люди смогли воспринять очередное перемирие за состояние мира. Преодоление патового противостояния НАТО и Варшавского договора открывает эпоху дестабилизации. Через восстание к победе войны!

Собственность - кража, конституция - брехня. Левые объединяются с правыми против народа. Диктатура партий является худшей из диктатур.

Это поколение вышло из Освенцима, спорить с ним бесполезно. Этот строй не имеет больше ни какого оправдания для собственного существования.

Перенасыщенность современного общества реальностями делает невозможным дефиницию истины. Политика сейчас делается не на черных и белых клетках, а в голове шахматного коня. Странным является желание быть ферзем в шахматной партии, когда необходимо быть игроком. Границы политической реальности и существующего мира все больше размываются, наконец, психическая реальность полностью вытесняет существующую.

Мы - носители нового революционного сознания. Для нас является хорошим все то, что действительно носит радикальный характер (быть радикалом - значит понимать смысл вещей). Мы хороним трупы старых идеологий. Ценности чужих цивилизаций нам нужны лишь как трофеи. Иконы мы напишем сами.
Нас объединяет одно - неприятие всего, что существует. Слова разъединяют. Действие - объединяет. Бунт имеет смысл. Жажда разрушения - творческая жажда. Группа, которая борется, способна продвигаться вперед лишь через конфликты. Партия - это армия. Партия сама должна бороться. Без практики вооруженной борьбы программные положения являются болтовней. Когда я слышу слово, моя рука тянется к пистолету. Насилие является для нас единственным способом общения с обществом. Бомбы против аппарата подавления мы бросаем в сознательность масс. Их вызов - убийство, наш ответ - убийство. В убийстве их аргумент, в убийстве - наше опровержение.
Революционер ставит себя вне закона как на практике, так и эмоционально. Он отождествляет себя с бандитами, грабителями, людьми, которые нападают на общество, занимаясь непосредственным грабежом и уничтожением чужой собственности. Революция началась. Массы уже эмансипировались от вопроса собственности, которое господствует при капитализме. Они крадут! Власти стремятся превратить ситуацию из военной в политическую. Наша задача - превратить политическую ситуацию в военную. Винтовка рождает власть. Кто много читает, тот тупеет.
Разбивайте собачьи головы! Невиновных нет! Когда на заводе плохая вентиляция, надо поджечь кабинет директора. Акт революционной справедливости - самый высокий акт гуманизма, возможный в обществе, разделенном на классы. Быть террористом в наши дни делает честь каждому человеку доброй воли.
Нам не нужна другая диалектика, кроме диалектики ножей и пистолетов. Необходимо вербовать молодежь, которая разуверилась в семье, обществе, потеряла надежду на будущее.
---------------------------------------------------------------

Интервью с Генеральным секретарем ''Братства'' Дмитрием Корчинским
Интервью Дмитрия Корчинского для Part.org.ua
30.03.2000
Существует такое явление, которое мы метафорически называем "бюрократический интернационал"





<...>
Вопрос гипотетический. Если, например, произойдет конфликт в Казахстане между русско-украинской общиной, с одной стороны, и казахской общиной, с другой, на чьей стороне выступит Ваша партия "Братство"? <...> Далее, Вы в своей книге "Война в толпе" писали, что сожалеете о том, что не участвовали в октябрьских событиях в Москве в 1993 году, что не выступили на защиту Белого дома. А почему, например, Белого дома, а не Ельцина, ведь защитники русского парламента выступали за восстановление СССР?
- Победа Ельцина означала стабилизацию в России, усиление центральной власти. Победа защитников Белого дома - продолжительную гражданскую войну в России. А нас, конечно, интересует война в России, а не стабилизация. Поэтому наши симпатии находились на стороне защитников Белого дома.
А на чьей стороне Вы выступили бы в Казахстане?
- Я объясню из чего мы, вообще, исходим, когда определяем приоритеты в участия в том или ином конфликте. В мире сейчас стабилизировалась ситуация. Существует такое явление, которое мы метафорически называем "бюрократический интернационал". Это можно объяснить на примере Югославии. Почему такое сильное государство как Сербия проиграла такому слабому противнику как НАТО, почему сербский флаг до сих пор не развивается над руинами Брюсселя? Потому, что в Сербии очень мощный бюрократический слой и сильный полицейский режим, то есть потенциальные сербские радуевы и басаевы были посажены в тюрьму еще задолго до начала конфликта. Для Милошевича намного страшней были потенциальные сербские повстанцы и партизаны, чем натовские бомбардировщики. Вы видели, как сербы захватили случайно трех американцев, да так перепугались собственной смелости, что отдали их обратно совсем "бесплатно", хотя в этом конфликте нужно было захватывать, как минимум, по триста заложников в день. Это можно было бы спокойно сделать. Кругом были абсолютно беззаботные, глуповатые и наглые американские солдаты в Македонии, Албании и Боснии. Садись на автобус и за полчаса ты доезжаешь до этих стран и берешь натовских солдат сколько угодно. Этого не делали. Кстати, мы предлагали по чеченской тактике поступать. Тогда для того, чтобы сербы смогли бы выиграть эту войну, нужно было "чеченизировать" ситуацию, то есть сербам, в первую очередь, нужно было лишиться режима Милошевича, а тогда уже браться за натовцев и по чеченской практике воевать. Они этого не сделали. Если бы в Чечне был крепкий бюрократический режим, если бы там не было чеченской анархии и феодальной раздробленности, чеченцы проиграли бы за три часа свою первую войну. Но у них "чеченизировалась" ситуация. Это была по-настоящему народная война, такая, какой она представлялась еще революционным теоретиками XIX столетия. Все те идеи, которые предлагались бакуниными и кропоткиными, не принималось их современниками, только сейчас они воспринимаются как актуальные. И поэтому нас интересует любое восстание, так как конфликт XXI столетия - это конфликт между личностью и безликой бюрократической диктатурой, а также между личностью и различными формами общественного отчуждения. Это будет основной конфликт, так как сегодня вся общественная система, финансовая система, вся система жизнеобеспечения в целом самодостаточна, она научилась обходиться без выдающихся людей. Скажите, яркая личность, сколько имеет шансов стать премьер-министром или председателем правления отраслевого банка? Ноль. Но зато она имеет много шансов, сесть в тюрьму. Осталась целая категория таких людей без работы. Это великие учителя и вожди. Это категория людей с большими амбициями, которые могут реализовать себя, только мешая жить остальному человечеству. Мы выражаем интересы как раз этой категории людей и нас интересует поддержка любой внесистемной деятельности или контрсистемной деятельности.
Ваше отношение к евразийским идеям?
- Когда германцы разрушили Римскую империю, они почти сразу столкнулись с необходимостью создания Римской империи Германской нации. Мы, разрушив Советскую империю, будем строить Украинскую Советскую империю. Евразийство - это такой же миф, как и исламский мир. Нет никакого исламского мира. Также как нет Евразии, как геополитической общности. Существует постсоветский мир, который начнет однажды независимо от наших желаний организовываться по-новому. Хотелось бы, чтобы его центром был Киев, а не Москва и Алма-Ата. И украинцы на сегодня, как бы там ни было, наиболее активные люди в этом мире.
Почему Вы оставили УНА-УНСО, организацию, которую создали и возглавляли с момента ее основания?
- Просто время УНСО закончилось.<...>
УНСО создавалось первоначально из совсем других расчетов. Мы считали в начале 90-х годов, что все равно будет война, кризис, восстание масс, что мирно развал Союза не окончится, в частности в Украине, и что нужно строить боевую организацию, которая сможет адекватно проявить себя в кризисных условиях. Мы ошиблись в своих расчетах: наступил не кризис, а стабилизация. Нам пришлось на ходу менять стратегию. Мы видели перед собой не бурное море, а болото. Деятельность в бурном море и болоте - это различные виды деятельности. Пока государственный аппарат в Украине был дезориентирован и деморализован, пока правоохранительные органы не пришли в себя где-то в середине 90-х лет, можно было действовать, практиковать политическое насилие и рекламировать свои успехи в газетах, но уже во второй половине 90-х годов все это стало делать тяжелей и тяжелей. Поэтому нужно было или просто переходить к террору, или превращать организацию в обычную партию парламентского типа. Я по своему опыту и по опыту предшественников знаю, что превратить легальную организацию в террористическую невозможно. Это люди с иным стереотипом, демонстративные личности, как правило, это не подпольщики. Человек, который хорошо проявляет себя на войне, как правило, плохо проявляется в конспирации, за редким исключением. Поэтому УНСО начала трансформироваться в парламентскую партию, что, в конце концов, ей удалось, но когда это произошло, то выяснилось, что это неинтересно всем участникам процесса, публика подбиралась под другое. Как только это стало неинтересно, все развалилось. Сейчас еще существует аббревиатура, есть ребята, воспоминания, но УНСО похожа на ветеранский кружок. Вот и все. И в этом была настоящая причина моего ухода, и причиной прекращения деятельности УНСО. Просто изменилась политическая эпоха, а новая эпоха требует новой армии
<...>
Русские воевали и воюют крайне плохо. В Чечне сейчас воюет 150-тысячная федеральная группировка, стянуто 3 тысяч единиц бронетехники. В самой большой танковой битве Второй мировой войны на Курской Дуге численность бронетехники достигала порядка 1800 единиц бронетехники с советской стороны. А в Чечне уже больше. Фактически, это по танку, БМП, бронетранспортеру на каждого чеченского повстанца. Федеральная авиация производит по 150 боевых вылетов в день. Количество сил с российской стороны, задействованных в войне, абсолютно не адекватно их успехам. Необходимо представлять географию Чечни. Заурядный средний город как Грозный, меньше, чем областной город в Украине, меньше, чем Белая Церковь. Вообразите себе, что Белую Церковь окружают неделю, два недели, месяц, два, всей этой массой войск. То есть вся эта русская неэффективность, неудачи преподносятся всем как вторая Куликовская битва. Из этого можно сделать вывод, если и еще экстраполировать нынешние события в Чечне на те исторические, что, скорее всего во время Куликовской битвы русским противостояло всего 15 татар. И то, вся эта война, к тому же, происходит с переменным успехом. Она столь неэффективна и столь плачевна с российской стороны, что это может только меня вдохновлять. Потому что русский мобилизационный ресурс уже почти исчерпан. 2 млн. вооруженные силы России и менее чем 500 тыс. население Чечни. То есть русские воюют бездарно, публика плачевная, количество жертв все время возрастает с их стороны и это показывает, что на самом деле можно эффективно противостоять бюрократической машине, и в войне, и в мирное время.
Дмитрий, скажите, до какого предела возможно применение силы внутри какого-либо украинского конфликта?
Считаю, что сила всегда используется в той мере, в которой она может быть использована. То есть всегда ресурс силы используется полностью, она не может быть сдержанной. Сколько Россия смогла выставить в связи с реальной ситуацией войны мобилизационного ресурса, столько она его и выставила сейчас. На большее она просто не способна или почти неспособна в этих конкретных условиях, а не в идеальных условиях. Можно, конечно, было бы разбомбить ядерным оружием весь Кавказ, но этого не делается. Существуют реальные условия, определенные сдерживающие факторы - мировое сообщество, внутренние, национальные, географические, экономические и т.д. Но то, что в этих условиях она смогла сделать, она сделала. Так же и здесь. В Украине то же самое. На любое волнение в Украине будет применено силы столько, сколько в этих реальных условиях общество сможет себе это позволить. Сейчас затрудняюсь сказать, будет ли это полицейская или военная акция, но я знаю одно, что ресурс силы всегда применяется полностью, на 100% в таких действительно кризисных моментах.

Интервью Александра Чаленко
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments