рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Весёлая война

Дмитрий Попов


Весёлые времена настанут в любом случае. Дело только в том, кто будет веселиться - мы или они. Террористы - люди идейные, их можно остановить только более мощной и безжалостной идеей. Пусть наша идея будет сильной и весёлой. Для нас весёлой.

http://www.nork.ru/creation/joyous_war.html

Рубрика: the outsider

Весёлая война
Дмитрий Попов, 2004 г.

Должно быть, и долгое время спустя после событий марта 2004 года практически одновременные ответы правительств Израиля и Испании террористам будут считаться классическими: первый - как образец непримиримости в войне с ними, второй - как пример безошибочности их (террористов) методов. И твёрдое намерение Израиля не останавливаться ни перед какими жертвами (со своей стороны и тем более с вражеской), ни перед какими формулировками международного общественного мнения, и торопливость Испании уладить всё самым мирным путём - это две крайности в современной войне - а никто уже не спорит, что происходящее сегодня в мире есть не что иное, как война. Но дела обстоят так, что другого пути, кроме принятия той или иной крайности, не существует - все промежуточные средства чреваты затягиванием и углублением конфликта, полумеры здесь совершенно не годятся. К Израилю, конечно, можно относиться без симпатии, и даже наоборот - с неприязнью, но если простенькой аналогией свести понятие государства к личности, то всё встанет на свои места: кем бы человек ни был, он заслужит больше уважения окружающих, если для защиты своей девушки сам встанет в бойцовскую стойку, а не побежит в органы охраны правопорядка.
Нам это, несомненно, гораздо понятнее, - так, что становится просто неоспоримым - на примере собственной войны: если в убийстве Яндарбиева в Катаре замешаны наши спецслужбы, то мы говорим - вот и хорошо, вот и правильно, давно бы так. Поэтому нам, русским, из всех народов в ситуации "а давайте их без суда и следствия", наверное, приходится неудобнее всего: с одной стороны, мы традиционно симпатизируем освободительному движению Палестины (даже советская пропаганда не возникла на пустом месте), а с другой стороны то, что творится у нас "под боком" - в Чечне - с определённых позиций аналогично происходящему на Ближнем Востоке. Во всяком случае, сейчас и Палестина, и Чечня ведут войну под одним и тем же зелёным знаменем. И когда палестинцы борются за свою независимость террором - мы относимся к этому с пониманием, но когда чеченцы орудуют на нашей земле теми же методами и с той же целью - это уже плохо. Тут, так сказать, работает ультра-субъективный принцип "там - пускай, а у нас - не надо". Впрочем, это уже немножко не по теме.
Итак, в современной войне всё сводится к тому, примет ли объект террора правила направленного на него дестабилизирующего действия, или он будет до конца цепляться за налагающий на него множество обязательств фетиш - международное право. И главное, как мы сказали, не останавливаться на полумерах - самим будет хуже. За примером далеко ходить не надо: Соединённые Штаты решили ударить по "логову терроризма" (которое в итоге таковым не оказалось), сделали всё быстро и вроде бы профессионально, но потом армия переквалифицировалась в "миротворческие силы" - и в итоге "великая держава" получила "второй Вьетнам". Складывающаяся ситуация в Ираке лучше всего демонстрирует - даже при всём негативном отношении к политике Америки - абсурдность прививания гуманистических принципов армейскому институту. Ооновские "миротворцы", отступающие на танках от невнятных по описанию "бандформирований" в Косово - ещё одно тому свидетельство.
Действительно, сегодня по разные стороны абстрактной линии фронта мы видим неравную расстановку сил: с одной её стороны это официальная армия, в соответствии с международным правом строящая свою деятельность на "гуманистических" принципах, и, с другой стороны, террористическая формация, которая в своих действиях руководствуется только идеологией, и которая из всех прав признаёт только право сильного. Можно долго распространяться на тот предмет, что такая армия - всего лишь пародия на подлинное воинское сословие, коли она постоянно подчиняется вышестоящим организациям, причём чаще всего гражданским, и отдаёт отчёт о своих действиях лицам, опять же, не имеющим к вооружённым силам никакого отношения. Получается, что войну сегодня ведут бюрократы, а не солдаты. Они и говорят-то на разных языках: сожжённый в ходе военных действий дом у первых, косящихся на свой гуманистический фетиш, называется "репрессиями против мирных жителей", у вторых - "боевой операцией".
Нелепость вмешательства "права" в армейскую вотчину видят практически все военные - начиная от простых солдат и заканчивая генералами. На последних, собственно, и возложена ответственность за то, чтобы армейское сословие было втиснуто в "прокрустово ложе" международного права и гуманизма. Сделано это было очень просто - командование связали по рукам и ногам политикой. Поэтому для разрешения конфликта "армия - гуманизм" они, генералы, ничего сделать не могут. Тем более, что, как правило, они далеки от реальной войны, ибо война на их картах - это не настоящая война. Но их ещё хватает на то, чтобы корчить "добрую гуманистическую мину": например, на журналистских брифингах и конференциях. Зато те, кто замешан в войну по-настоящему, кто, выражаясь штампами, действительно "понюхал пороху", тем мину миротворцев скорчить куда сложнее. Солдат с автоматом, он, в отличие от политика, являющегося скорее некой абстрактной безличностной фигурой - живой человек, у него есть нервы, которые функционируют в экстремальных условиях, поэтому в определённый момент могут "сдать". И сдают. Именно поэтому дела, аналогичные делу полковника Буданова, появляются всё чаще - скоро не будет ни одной армии, у которой не было бы своего "Буданова" (должно быть понятно, что дело о пытках и истязаниях иракцев в тюрьме "Абу-Граиб" относится к совершенно иной области - это не "срыв", а целенаправленное действо). Такие случаи, равно как и осуждаемые "прогрессивной общественностью" т. н. "зачистки" (которые также потихоньку применяют практически все армии, непосредственно участвующие в военных конфликтах) - всё это лишь констатация несоответствия тактических средств стратегическому плану.
Или, правильнее, в современной войне слишком часто тактические средства не соответствуют стратегическому плану. Цель - уничтожить врага, средства - … нет, вот этого нельзя, так не надо и т. д. и т. п. Люди в военной форме видят действительное положение дел на месте, они знают, как надо действовать, чтобы результат получился более эффективным, а им "сверху": "отставить". Простой пример. Почему-то на тот счёт, что чеченские омоновцы в своих спецоперациях руководствуются сначала клановыми порядками, всякими там "законами кровной мести", и уже только потом уголовным и т. д. правом, возмущаются лишь федералы, остальные молчат - де, народ такой, обычаи у них, тактику свою они лучше знают и т. д. Но стоит только федералам применить собственную тактику, соответствующую положению тактику, благодаря которой боевики не получают возможности улизнуть в горы, как в случае "родственных отношений", - тут такой хай, извините за выражение, поднимается, что в пору подумать о ремейке "Иди и смотри" с новыми действующими лицами и декорациями.
Разумеется, в результате подобной тактики страдают невинные мирные жители (впрочем, если бы не "гуманистический заслон", то тот же "спецназ" вступал бы в дело гораздо чаще - непосредственно во "вражеском лагере", пускай даже и на территории другого государства, - а уж они-то умеют уничтожать только тех, кого надо), но, используя ещё один штамп: "лес рубят - щепки летят". Не мы начали эту войну, она нам не была нужна. Это не Афганистан, не путайте. Попытки сделать сегодняшнюю войну в соответствии с "международным правом" так же смешны, как и решение старика Хаттабыча из сказки заставить замолчать двигатель самолёта, чтобы он не досаждал своим гулом. Мирных войн не бывает.
Впрочем, "обеляться" не стоит - если бы у нас было всё продумано, "щепок" было бы намного меньше. Неудачная реформа армии уже набила оскомину: ходить в форме сейчас не выгодно и не престижно. Понятное дело, при таком раскладе дел "положительных эмоций" от человека с калашниковым ожидать будет трудно. Ведь, как известно, если рабочий человек не доволен условиями своего труда, он будет работать плохо - что уж там говорить о людях, которые находятся к смерти слишком близко.
Солдатам нужно платить. Солдат - он на то и солдат, чтобы, если не получает законным путём плату, соответствующую его усилиям и риску - взять её силой. И где он её возьмёт, у кого он её отнимет - для него самого это будет неважно. Так было всегда: в Великой отечественной войне сначала немцы насиловали русских, потом русские насиловали немцев. Война СССР в Афганистане была войной за "видик", называя вещи своими именами. То же самое и с более "близкими" гражданским "ментами": как-то нам довелось услышать по радио, как позвонивший в прямой эфир старшина в ответ на провокационный вопрос ди-джея признался, что он тоже обирает пьяных, и что он прекратил бы этим заниматься, если бы его оклад повысили в три раза. Надо думать, что армия стала бы более дисциплинированной, получай солдаты именно столько, сколько они заслуживают.
Но дело, разумеется, не только в деньгах. Зарплата - это лишь частности. Не стоит всё валить на "необеспеченность военнослужащих": в американской армии с оплатой всё нормально, по крайней мере - в сравнении с нашим положением - но без эксцессов и у них не обходится. Говоря в общем, кинетическая энергия действий современных вооружённых сил на порядок меньше потенциальной энергии - энергии, которой они обладают в действительности. Воевать мы умеем - никто спорить с этим не будет, но слишком часто не дают нам воевать. В соответствии с законом сохранения энергии разница между большим значением потенциальной энергии и гораздо меньшим кинетической должна куда-то направляться. Дело полковника Буданова - наглядный пример, куда направляется эта энергетическая разница фактического и формального измерений.
Как известно, одна из причин процесса, именуемого "разложением армии" - это отсутствие видимых результатов в войне. И здесь мы наблюдаем замкнутый круг: гуманистические принципы не позволяют армии воевать "как следует", в результате она оказывается в проигрышном положении, терпит неудачу за неудачей, её моральный дух падает, и как прямое следствие этого - падение армейской дисциплины, которое выражается во всевозможных "ЧП" (именно так и обстояло дело в Афганистане), получающих больший или меньший общественный резонанс. В результате складывающаяся ситуация льёт воду на мельницу гуманизма - "правозащитники" раззадориваются ещё больше, получая подтверждение своих "теорий". Как исправить такое положение? Ответ очевиден - удалить из военного дела элементы, не имеющие к нему никакого отношения.
А гуманистам следует заниматься своим делом, и не лезть в папку с грифом "секретно". Если уж они до остервенения не переносят никаких военных действий, то разумнее для них было бы стремиться не допускать их, а не рекламировать себя потом на фоне ситуации, где уже нужно воевать, а не говорить. Враги любого уровня - от рядового боевика до "соперничающей державы" - не обращают внимания на чужие слова: если у них есть идея, то ради её реализации они идут на что угодно. Не надо мешать воевать людям, которые это умеют, и которые этого хотят. Дайте им делать своё дело - уверенно, напористо, весело.
Весёлая война - "это сатурналии духа, который терпеливо переносил невыносимо долгий гнёт, - терпеливо, строго, хладнокровно, не сдаваясь, но и не лелея больших надежд, - и вот теперь в мгновенье ока преобразился, почувствовав прилив надежды, надежды на окончательное выздоровление, почувствовав пьянящий вкус выздоровления". Слова Ницше о своей книге "Весёлая наука" вполне применимы к рассматриваемой нами ситуации - он всё-таки был философом-воином. "Вся эта книга и есть не что иное, как весёлое развлечение после долгого воздержания, бессилия, ликование возвращающейся силы, очнувшейся ото сна веры в завтра и послезавтра, острого чувства будущего, предчувствия его, предчувствия грядущих приключений и распахивающихся морских просторов, и новых целей, которые теперь дозволены, в которые теперь снова можно верить", - хотелось бы, чтобы когда-нибудь слова, аналогичные этим, появились в дневнике солдата, идущего на уничтожение боевиков и знающего, что потом его не будут встречать какие-то там "идеологические пикеты".
Война должна стать "весёлой" - и в этом единственное спасение от набирающего с каждым днём мощь терроризма. Сейчас это понимают даже "мирные жители" - те, кого принято именовать "обывателями". Победа Арнольда Шварцнеггера на выборах в Калифорнии - это результат не только хорошо продуманной и хорошо проведённой избирательной кампании, это также и результат подсознательного стремления избирателей отдать дело на "разборку" человеку, не слишком отягощённому убеждением действовать "по правилам" - именно таких героев и играет Шварцнеггер, а американцы ведь так верят своему кино! Герои "Шварца" не допустили бы 11 сентября, они бы непременно спасли всех - причём в самый последний момент. А ужасные террористы остались бы с носом. И всё это было бы захватывающе и весело. Простые американцы подсознательно хотят, чтобы все их страхи уничтожил геройский парень, который не оглядывается на Пентагон, Белый дом, ООН, а крошит злодеев без разбора. Кстати, актёр, завоевавший Белый дом - Рональд Рейган - играл тоже далеко не лирических героев - ковбоев.
Мы - не американцы. И хотя кино с его актёрами мы тоже любим, но титула "кинонации" - к счастью ли, к несчастью ли - не заслуживаем. "К несчастью" лишь в том смысле, что у нас на выборах побеждает сатирик, а не актёр. Если рассуждать о том, что с точки зрения подсознания означает продвижение клоуна во власть - можно прийти к неутешительным выводам - например, можно вычислить ставку не на героя-одиночку, а на традиционного для нас Ивана-дурака… Но всё-таки в вопросе "весёлой войны" мы пошли дальше "киношников". Мы взяли, да и оправдали гэрэушников, которые "по ошибке" "замочили" нескольких мирных жителей: профессионалы должны быть на свободе и делать своё дело. От решения присяжных "прогрессивная общественность" схватилась за голову, наперебой предлагая причины столь беспрецедентного решения - даже угрожающих скинов где-то увидели. Пускай говорят и пишут, что угодно - освобождённые гэрэушники на фотографиях весёлые, а это главное.
Весёлые времена настанут в любом случае. Дело только в том, кто будет веселиться - мы или они. Террористы - люди идейные, их можно остановить только более мощной и безжалостной идеей. Пусть наша идея будет сильной и весёлой. Для нас весёлой.

WWW.NORK.RU
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments