March 3rd, 2020

Авром

Авраам Шмулевич: Путин в Сирии – верх непрофессионализма

В воскресенье Турция объявила о начале военного наступления на силы сирийского диктатора Башара Асада в провинции Идлиб на северо-западе Сирии. Это произошло после того, как в феврале сирийская армия, стремясь захватить ключевые автомагистрали на севере страны, усилила натиск на поддерживаемых Турцией исламских повстанцев, вернув контроль над значительной части территории Идлиба — последнего оплота исламистской оппозиции на севере страны.  Тяжелые бои в Идлибе в последние дни привели к чрезвычайной напряженности между Москвой и Анкарой, которая послала на помощь сирийским повстанцам тысячи солдат и десятки единиц тяжелой военной техники. В результате 27 февраля турецкие вооруженные силы объявили о начале операции «Весенний щит», в ходе которой дружественным Турции исламистам при активной поддержке турецкой артиллерии и беспилотников удалось отвоевать у сил режима Асада целый ряд ранее захваченных населенных пунктов. Турецкая сторона  сообщает о том, что в ходе операции  «Весенний щит» были уничтожены десятки единиц боевой техники и более 2000 солдат режима Асада. Характерно, что несмотря на похолодание в отношениях между Анкарой и Западом , руководители США и НАТО однозначно поддержали Турцию. Стало известно о том, что в регион направляется ударная авианосная группа во главе с авианосцем Дуайт Эйзенхауэр. На этом тревожном фоне не может не волновать вопрос о том, к чему может привести дальнейшее присутствие российских войск в данном регионе. С этого вопроса мы и начали нашу беседу с известным израильским экспертом Авраамом Шмулевичем.

— Является ли преувеличением утверждение о том, что мы стоим на пороге русско-турецкой войны.

— Практически русско-турецкая война уже идет довольно давно, причем идет она не только на территории Сирии. Я напомню, что за последнее время в Ливии было убито как минимум в двух известных инцидентах 35 + 19 человек бойцов частной военной компании «Вагнер». Причем надо понимать, что в России нет частных военных компаний, а есть спецназ «ГРУ», который изображает из себя ЧВК, для того, чтобы потери можно было списать без политических последствий. В Сирии тоже гибнут граждане России, воюющие на стороне Асада. Гибнут также и турецкие солдаты. Так что это война, пусть и необъявленная идет уже не первый месяц. В Сирии полномасштабная война идет между режимом Асада и повстанцами, которых открыто поддерживает Турция и буквально вчера ночью под раздачу, а точнее под российский (скорее всего) авиаудар попали несколько десятков турецких солдат. Я процитирую слова министра обороны Турции, которые передали СМИ: «нападение на турецких военных произошло несмотря на то, что расположение турецких войск было согласовано с властями России и после первой атаки было сделано еще одно предупреждение, однако бомбардировки продолжались».

-Это были российские самолеты?

Не ясно. С одной стороны, турецкие СМИ пишут о том, что это был налёт сирийской авиации, с другой, на сайте New York Times появилось сообщение о том, что удар нанёс российский бомбардировщик. Правда потом появилось опровержение. Но тем не менее, понятно, что хоть формально удары могли наноситься и сирийскими ВВС, но координируют и наводят на цели российские военные. Поэтому эта ситуация дает возможность Эрдогану с одной стороны заявить о том, что виновата Сирия и спустить дело в отношении и России на тормозах, с другой,  турецкий лидер может (и имеет на это полное основание) заявить, что в гибели турецких солдат виновата непосредственно Россия. Как он поступит, пока не очень понятно.

Авром

Курс на фашизацию России

Курс на фашизацию России

Авраам Шмулевич

Фото: Марш памяти Бориса Немцова, Москва, 29 февраля 2020.

Наиболее вероятно, что Россия продолжит двигаться курсом, проложенным Путиным – курсом ускоренной фашизации.

Современная Российская Федерация находится в состоянии «рыхлой диктатуры», которая, скорее всего, в этом году претерпит трансформацию. На самом деле этот процесс происходит на протяжении последних лет, но именно в этом году должен настать момент, когда количественные изменения перейдут в качественные. Это произойдет, прежде всего, потому, что неэффективность существующего режима и острая потребность в модернизации очевидна для наиболее активных представителей российских элит.

Конечно, Путин предпочел бы ничего не делать, а избрать медленный переход через стагнацию, консервацию существующего положения вещей и отложить принятие серьезных решений до тех пор, когда его в Кремле уже не будет – то есть максимально надолго. Однако это вариант чреват быстрым и неожиданным крахом режима, так как существует слишком много возможных вызовов, на которые российской правящей элите придется ответить. А в парадигме стагнации это просто невозможно.

То есть затягивать изменения далее становится весьма затруднительным. Российская государственная машина скрипит, дымит, буксует, и, по сути, уже сейчас Путин оказался перед выбором: модернизация или скорый крах? Несложно догадаться, какой вариант он выберет.

Какой же может быть эта модернизация?

Первый возможный путь – демократический транзит. Модернизация осуществляется через демократию и свободный рынок, которые являются самыми эффективными средствами развития страны.

Второй – мобилизационная диктатура. Модернизацию берет на себя власть, необходимые реформы проводятся централизованно, волевым решением, навязываются сверху и населению, и элитам. Для этого необходимо окончательное становление жесткого, диктаторского режима в России.

Какой из вариантов развития наиболее вероятен?

Известно, что самым эффективным является способ рыночной демократии, то есть система, где граждане могут влиять на власть, где существуют социальные лифты, где место человека в обществе определяется его личными достижениями, а не происхождением или произволом начальства. Это система, в рамках которой никто не может заставить другого человека работать на себя или принудить его покупать товары и услуги насильственным путем.

К сожалению, этот вариант маловероятен, в первую очередь потому, что в России отсутствует социальный запрос на этот путь развития. Россиян в массе, как ни прискорбно, вполне устраивает роль винтиков в государственной машине. Исторически население России склонно именно к авторитарной идеологии, и сейчас оно вряд ли изберет путь демократического транзита. В отличие от случаев большинства современных и прошлых мировых диктатур, в России власть никто не захватывал. В 90-е годы в стране было достаточно свободное общество, свободная пресса, свободная экономика, парламентская система. И все это в течение считанных лет Путин прибрал к рукам без всякого сопротивления – ему не потребовались для этого массовые аресты и политические репрессии.

Основная проблема России заключается в ее чрезмерной централизации. По мнению власть имущих, все управленческие и материальные ресурсы должны концентрироваться в одном «кулаке», который ассоциируется с Москвой. Все, что связано с децентрализацией, воспринимается официальным русским сознанием как вселенская катастрофа, существует жупел «распад России» как опасность №1 – то, чего нельзя допустить ни при каких обстоятельствах. Именно отсюда и появился феномен Путина.

При этом и в русской истории и в российской современности можно найти немало примеров, когда «простые люди» вполне обходились без «направляющей воли» Центра, примеров успешного существования в условиях децентрализации, успешных примеров местного самоуправления, не зависящего от Москвы и Петербурга.

Так что распространенное мнение, что в современной РФ не только власть, но и «простой народ» хочет московской централизации – не совсем корректно. На самом деле, сегодня имеется масса примеров, доказывающих обратное —  нарастающих протестов в регионах против московского гиперцентрализма. Многие русские в различных городах и областях (в Кёнигсберге-Калининграде, в Спб, на Урале, в Сибири…) как раз требуют повышения регионального самоуправления. Название Шиес известно сегодня всем. Однако опыт этот до сих пор не до конца осознан массовым российским сознанием. Многие продолжают думать, что «на самом деле Центр необходим, вот только в нашем конкретном случае он перегибает палку». Социальный заказ на децентрализацию существует подспудно, в явном виде он еще не оформлен и даже не до конца осознан ни широкими массами, ни интеллектуальной элитой. 

И это означает, что наиболее вероятно то, что страна продолжит двигаться курсом, уже проложенным Путиным – путем ускоренной фашизации, перехода от той неярко выраженной диктатуры, которая царит сейчас в России, в жесткую, жестокую и эффективную диктатуру, которая позволит провести модернизацию страны сверху.

Путин на самом деле честный человек, ведь он открыто говорит о том, чего хочет. Первая цель его политики — восстановление «величия России» в военном и территориальном аспектах. Причем «величие» понимается в представлениях даже не 20-го, но 19-го века. Как владение обширной территорией и большой армией, великая страна – это страна, которая  наводит одним своим видом страх на ближних и дальних. Путин фактически прямо заявляет о том, что гонка вооружений, начавшаяся еще в 2014 году, будет продолжаться и дальше, несмотря на экономические трудности. То, что мы наблюдаем в России, есть не что иное, как перестройка армии и экономики под крупномасштабную конвенциональную войну, и это реформирование на наших глазах начинает принимать уже законченные формы.

Если в начале третьего срока Путина происходила перестройка армии, то в 2015-2016 годах началась уже перестройка государственного аппарата под военные нужды. Одновременно с этим происходит усиление военной пропаганды, нагнетание антизападной истерии, по стилистике совершенно неотличимой от пропаганды времен Холодной войны. Территориальная экспансия уже давно идет. С 2008 года Россия взяла под полный контроль целый ряд территорий. Начиная с Южной Осетии, где Россия устроила этнические чистки, полностью изгнав оттуда грузин, Абхазии, вся территория которой была взята под контроль российскими войсками, и заканчивая Крымом и Донбассом.

Поэтому масштабная война по инициативе России, которая имеет немалые шансы перерасти в Третью мировую, очень вероятна, и Кремль к ней активно готовится. И вопрос, возможно, заключается уже не в том, перейдет ли он эту грань, а в том, как скоро это произойдет. Известная чеховская метафора о висящем на стене ружье актуальна и для политики: если авторитарное государство строит мощную армию, то эта армия, скорее всего, будет использована для нападения.

Стоит также обратить внимание на новую идеологию, сформированную Путиным, которая заключается в легитимации использования военной силы. Более того, легитимации использования ядерного оружия. В Кремле видят ситуацию таким образом, что Запад, если не будет непосредственной угрозы ядерного удара по территории Франции, Англии или США, не ответит на применение Россией ядерного оружия. В головах российской правящей элиты отсутствует табу на применение ядерного оружия, существовавшее даже в советские времена.

Следующий важный этап по подготовке российского государственного механизма к тотальной войне – это автаркия, иными словами переход на самообеспечение. Именно то, что сейчас активно пытается делать Путин. Например, перевод российских чиновников на использование российского софта или отказ от западной импортной элементной базы в российских системах вооружения – не что иное, как подготовка страны к тому моменту, когда она окажется в состоянии конфронтации с большей частью остального мира.

Что сдерживает пока переход РФ к откровенной авторитарной диктатуре?

В первую очередь, ужасное качество российской правящей элиты. Даже в Москве она находится на очень низкой ступени и по кругозору, и по культурному уровню. Не говоря уж о том, что представляет собой эта «элита» в российской провинции. Я лично знаю как минимум два примера крупных российских регионов, где руководящие позиции занимают бывшие профессиональные проститутки: в одном случае чиновница такого происхождения даже руководит образованием и культурой. Помимо этого, бывших бандитов в российском правящем слое просто не перечесть. Поэтому любая модернизация, как авторитарная, так и демократическая, в России будет возможна лишь после тотальной чистки правящей элиты и замены ее новыми людьми.

Возможна ли в России тотальная чистка элиты?

Социальный заказ нее существует. Но пока этого не происходит – в том числе и потому, что российский правящий слой инстинктивно понимает нависшую над ним угрозу и саботирует любые радикальные изменения.

Пойдет Путин на такие решительные шаги по зачистке элит?

Путин не боится проливать кровь ни своего народа, ни кровь граждан других стран, но он, как показал опыт, не готов принести в жертву тот правящий класс, который привел его к власти. В то же время Путина вполне могут заменить тем человеком, который не остановится перед необходимостью зачистки старой элиты, даже если это будет сопряжено с резней, сопоставимой со сталинскими чистками 1937 года. И если произойдет отстранение Путина от власти, а это вполне возможно, в том числе по естественным причинам, ведь он уже не молод – то, весьма вероятно,  на смену ему придет еще более жесткий и решительный деятель. И можно не сомневаться в том, что он уж точно не будет миротворцем. Ситуация другого не предусматривает, поскольку пробраться на вершину в правящей российской элите человек другого типа просто не сможет.

И вот тогда можно ожидать массовой чистки правящей бюрократии, а после этого – и большой войны.

Путинский проект сегодня полностью обращен в прошлое. Российский правящий класс мыслит в категориях 19 века, когда успех страны оценивался по масштабам ее территориальной экспансии. То, что в 21 веке главным капиталом являются информация и технологии, его представители абсолютно не понимают. Очевидно, что экспансионистский проект Кремля является попыткой вернуть человечество назад, и он может вызвать такую реакцию, что эта попытка закончится полным разгромом и переформатированием России.

Позиция, занятая Западом по отношению к России, начиная с ее агрессии против Грузии в 2008 году, а на самом деле еще раньше, со времен войны в Чечне, лишь поощряет Путина на продолжение его экспансии. Путин видит, что Запад хоть и не одобряет его действия на словах, но де-факто готов с ними смириться. И в понимании Путина это означает, что он может сделать следующий шаг, тем более что к этому его толкает объективная ситуация в мире и в самой России.

Только более жесткая и бескомпромиссная позиция Запада в отношении Путина, как и в случае с Гитлером, могла бы предотвратить превращение России в жестко авторитарное государство фашистского типа, проводящее агрессивную внешнюю политику. Однако на данный момент возможность такой политики Запада не просматривается. Так что фашизация – это наиболее вероятный путь эволюции нынешнего кремлевского режима.