April 7th, 2003

Авром

Однако.


Разговаривала сейчас минут 10 с Еленой Сапуновой, мамой Татьяны, которая прошлым летом пострадала при попытке убрать антисемитский плакат на Киевском шоссе.
Вчера пыталась с ней связаться по городскому телефонному номеру, никто не отвечал... В итоге она ответила по мобильному и объяснила, что в данный момент у них нет телефона. Сегодня, при встрече, она рассказала, что они получили квартиру в новом доме, в котором пока нет телефонных линий:
- После всего того, что произошло, мы не могли находиться дома, т.к. под нашими окнами постоянно собирались люди, которые кричали: "еврейская подстилка, убирайся в свой Израиль", "жаль, что не подохла" и прочее в том же духе. Все, что я просила, это было переехать на какое-то время в общежитие, чтобы переждать пока все успокоится... В итоге, пол года мы жили опасаясь выйти на улицу, сейчас переезжаем...

Я не могла себе представить ничего подобного, хотя мне казалось, что для меня на эту тему ничего удивительного быть не может. С целевой аудиторией газеты "Завтра" я за четыре года в Москве сталкивалась не раз, но вот ее рассказ затронул какие-то такие струны, о которых я даже не подозревала... Изо всех сил старалась не заплакать.
По сути сижу и пишу для того, чтобы не думать на эту тему.

Она гораздо интереснее внешне, чем Татьяна и держится с достоинством. Интересное сочетание - достоинство и постоянные слезы в глазах.
Авром

Cын мой Авшалом! Сын мой, сын мой Авшалом!

Публичная жизнь - очень жесткая вещь. Когда человек становиться игроком на исторической сцене - начинает идти только сухой счет.

Йоав сделал, пожалуй, больше чем кто-либо другой для воцарения дома царя нашего Давида. И, тем не менее - как он кончил…

Одно из самых моих любимый мест в Танахе. Вторая Кн. Шмуэля, гл.18-19. Рассказ идет о подавлении восстания сына Давида Авшалома.

Collapse )