рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Categories:

«Белые кепи» – Французский Иностранный Легион

Впервые я познакомился с представителем знаменитого Французского иностранного легиона в самом начале 90-х в святом городе Иерусалиме. Звали представителя Миша. Это был пожилой невысокий еврей, как говорится, «интересной судьбы». В 56 году он, будучи молоденьким лейтенантом Советской Армии, перешел на сторону венгерских повстанцев, а после подавления восстания добрался до Франции и завербовался в Иностранный Легион. Отслужил там по полной программе (Индокитай, Африка и прочая), демобилизовавшись, вспомнил про историческую родину и весело пропивал свою легионерскую пенсию в кафешках на иерусалимской улице Бен-Иехуда.
Вполне возможно, Миша был первым легионером - «выпускником» послевоенной советской армии. Много ли вообще было таких – сказать трудно. Зато можно утверждать с уверенностью: в ближайшее время язык «Пушкина и Ленина» существенно потеснит в Легионе прочие наречия.

С недавних пор интернет-сайт Легиона, кроме традиционных французской и английской версий, заговорил и по-русски. То, что русский – единственный, кроме английского, иностранный язык, на котором эта знаменитая организация решила общаться с внешним миром, говорит о многом.

la Legion etrangere – Французский иностранный легион был создан 9 марта 1831 года декретом короля Луи-Филиппа. Во Франции к тому моменту скопилось огромное количество иностранцев, умевших хорошо обращаться с оружием - наемников прежних войн, остатки иностранных полков Наполеона I, эмигрантов-участников восстаний в Польше и Италии. Король опасался, как бы это умение не обратилось против него – ведь страна вступала в полосу стабильности, и делать в мирной жизни этим комбатантам было решительно нечего. В то же время вовсю разворачивалась экспансия Франции в Северной Африке. И король решил, так сказать, одним выстрелом убить двух зайцев – прибрать к рукам эту массу, направляя боевой потенциал солдат-профессионалов на расширение сферы влияния Франции. В декрете особо подчеркивалась, что новую воинскую часть запрещается использовать на территории собственно Франции. С тех пор легионеры проливали кровь на всех континентах, кроме, разве что, Австралии и Антарктиды, участвовали они и в подавлении Парижской Коммуны.. Всего, сражаясь за «ла белле Франсе», погибли 902 иностранных генерала и полковника, 3.176 командиров среднего звена и более 30.000 рядовых легионеров.
В легион можно придти прямо с улицы – обратиться на КПП одного из вербовочных пунктов. Вот как описывает этот процесс один из бывших легионеров: « Прежде чем пропустить, у вас спросят документы. Предъявить нужно что-то официальное - загранпаспорт, права, например. Короче говоря, документ, и желательно с фото. Даже если это фальшивка - я знал некоторых "сдавшихся" по фальшивым документам или подделанным паспортам, и это сработало. Если документы устраивают капрал-шефа, вы заходите внутрь. Там вам начинают задавать вопросы, касающиеся вашей личности и целей вашего прихода. Это напоминает разговор глухого со слепым, потому что французский вы не знаете, а тот английский, на котором вы пытаетесь объясняться, не понятен ему». В чем-то Легион напоминает монастырь средневековья – здесь можно начать новую жизнь, теоретически - «спрятаться от мира», а то и от полиции. Впрочем, сейчас, в мирное время, Легион довольно разборчив, и пытается выяснить подноготную новобранцев. Каждый из них проходит «гестапо» - так практически официально зовется в Легионе служба безопасности. Впрочем, проверка эта не особо серьезна, и тот, кто не разыскивается Интерполом, имеет все шансы ее проскочить. Следует учесть так же, что для Легиона вор-рецидивист менее нежелательное приобретение, чем примерный семьянин с тремя детьми – в Легион берут только холостых, это правило соблюдается железно.
Вот как описывает поступление в Легион его сайт: «Итак, Вы решили завербоваться в Иностранный легион. Сразу стоит предупредить, что наемничество во многих странах СНГ карается Уголовным кодексом или лишением гражданства. Следует отметить, что вербовочные пункты Легиона находятся только во Франции, и посольства не окажут Вам никакой помощи в получении визы и проезде до пункта вербовки. Обычно волонтеры из бывшего Союза предпочитают сдаваться в Париже или Страсбурге (первый пункт столица, второй самый ближний к восточной границе). К тому же из этих пунктов отправка на центральный пункт отбора в г.Обань, недалеко от Марселя происходит быстрее: из Парижа по понедельникам и средам, Страсбурга - вторник и четверг. Поэтому, если вы придете на вербовочный пункт находящийся в Париже в среду, то придется ждать до следующей недели. Да и в случае не поступления Вам дадут один билет на поезд в тот город, где вы сдавались. Можно также отправиться сразу в Обань. Существует несколько вариантов попасть на вербовочный пункт: по туристической путевке (самолетом или поезд+автобус), по приглашению в любую страну Шангенского соглашения или нелегально. Решать Вам, но не советуем нелегально, это сулит определенные проблемы в Легионе и в случае не поступления - дома. С собой в дорогу следует взять только самое необходимое». Девиз Легиона - "Legio Patria Nostra " переводится, "Легион – наша Родина". Новобранцу следует забыть не только прежнее отечество, но и как его звали на Родине – ему присвоят новое имя, фамилию и даже имя матери – и отныне легионер будет пользоваться только ими.
Конкурс в Легион почище, чем в МГУ в лучшие его годы. В Обани, на центральном пункте, первоначальны отбор проходит один человек из 10 прибывших (это официальные данные). В дальнейшем из пятидесяти новобранцев остается только трое, кроме прочего, они отсеиваются на медосмотре и различных тестах – и кандидаты в легионеры попадают на курс молодого бойца. «На сорок восьмой неделе пребывания в Легионенам предстояли 14 недель жесточайшей муштры. Там разговаривали только на французском. Если что-то не понял или не так ответил, били по лицу. Нас заставляли все делать быстрее и быстрее, все время следили, кто что и как делает. С каждым месяцем нагрузка все возрастала. Преодолевали полосы препятствий. Бегали кроссы до 29 км. Нам устраивали спарринги. Мы зубрили французский, учили песни легиона. Много было всяких лекций, а еще в начале обучения мы занимались сборкой и разборкой оружия. Спали всего 3 часа в сутки.
Не опишешь всего, что пришлось пережить. И вот, наконец, последнее испытание. Наше отделение привезли в горы за 150 километров от базы. За 3 дня мы должны были вернуться обратно. Мне выдали компас, и мы пошли. Один из нас упал с горы и разбился. Мы вызвали по рации помощь, и его увезли. Двое выпили воды из реки и отравились. Этот марш-бросок носил боевой, тактический характер. Продвигались осторожно, так как в любой момент нас могла ожидать засада. В последнюю ночь нам устроили пир. И мы обрадовались, но нас заставили сдать снаряжение, а для этого - чистить его до блеска спиртом 20 часов. Мы очень устали, но пока не закончили работу, отдохнуть не давали. В итоге всем нам вручили белые кепи». «Вручение вожделенной "Кепи Бланк" - девственно белой фуражки легионера - произошло на торжественном построении лагеря, когда под звуки гимна Легиона произносится присяга, зеленый берет снимается, и на голову водружается фуражка, которая впоследствии будет украшена нашивками звания, должности и значками рода войск. Отныне покинуть службу и вернуться "в мир" можно лишь тремя легальными способами: либо дождаться, когда истечет срок контракта, либо получить увечье или заболеть, либо - умереть. Можно еще, конечно, пуститься в бега, но тогда неминуем трибунал и потеря всех денег, хранящихся на личном счете. Условия жизни легионера и кандидата отличаются как земля и небо. Мы жили в благоустроенных общежитиях, не имеющих ничего общего с казармой, по 1-2 человека в комнате. По прибытии в часть приписки с легионером углубленно занимаются конкретно его специальностью, потом такие же лекции и экзамены, как в учебке. Чтобы получить направление на службу за границу, где платят действительно хорошие деньги, нужно прослужить во Франции минимум год, проявив при этом недюжинные способности. Но учеба эта не так изнурительна, как раньше. Все занятия заканчиваются до обеда, а после пяти вечера ты свободен: хочешь, иди в бар или плавай в бассейне, а хочешь - бери увольнительную, отправляйся в город и твори что взбредет в голову, - главное вернуться к построению в 6 утра. В том, что касается увольнений, никаких ограничений нет, но желательно, чтобы начальство знало, где тебя искать в экстренных случаях. Поэтому приходилось говорить, что, мол, буду в публичном доме таком-то на улице такой-то, или с той-то, и вот ее телефон». Почти все в Легионе белые, темнокожих и арабов мало, встречаются китайцы и японцы. «Неуставные же отношения между всеми - самые уважительные: в казарме или на плацу офицер может тебя распекать за малейшую провинность, а за обедом со словами: "А, ты русский, так давай выпьем!" - зовет тебя за свой столик». «Каждый легионер - твой брат по оружию, независимо от своего гражданства, национальности, обученности и вероисповедания. Ты должен демонстрировать эту непоколебимую солидарность всегда и везде» - говорит вторая статья Кодекса чести Легиона.
Легионер заключает контракт на пять лет. После его окончания можно подписать следующий - на срок от 6 месяцев до 3 лет. Рядовой может служить в легионе до 15 лет. Срок службы командного состава не ограничен. После 15 лет службы легионеры любого ранга имеют право на пенсию. Начальное жалование составляет 1006€ в месяц, включая проживание и питание. Капрал после четырех лет службы получает 1052€, а сержант-шеф после десяти - 1410€. Есть еще различные надбавки, например +30% за прыжки, 1.7 от базовой ставки в заморских департаментах. В Ираке в 1991 году легионеры получали - 7000-8000 $, в Боснии в 1994-1995 году - 4500-5000 $. После 15 лет службы легионеру положена пожизненная пенсия - около 1000 $ в месяц. А после трех лет он имеет право подать документы на получение французского гражданства, которое, впрочем, могут и не дать.
Всеобщая воинская повинность во Франции – одно из завоеваний и символов Французской Революции, олицетворение принципа «эгалите» - равенства. Однако службу в по-настоящему опасных местах французы перепоручают добровольцам-легионерам. Поэтому солдатские матери Франции не требуют вывода войск из Джибути, Чада, Сенегала, и прочих мест, а Франция более 30 лет спокойно и незаметно не прекращает «корректировочные» войны в Африке, по своему усмотрению свергая и устанавливая режимы.
Теперь уже можно с уверенностью утверждать, что это вынужденное, призванное решить сиюминутные тактические задачи, изобретение, оказалось на редкость удачным. Так иногда бывает в истории – то, что строят на час, в итоге стоит тысячелетия. И эпохе «нового колониализма», в которую постепенно входит наш мир, Легион придется как нельзя впору.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 47 comments