рав Авром Шмулевич (avrom) wrote,
рав Авром Шмулевич
avrom

Categories:

Письмо командующего войсками Северо-Кавказского округа К.Е.Ворошилова И.В.Сталину о ситуации в Чечне

Письмо командующего войсками Северо-Кавказского округа К.Е.Ворошилова И.В.Сталину о ситуации в Чечне
21 января 1923 г.
РСФСР.
Командующий войсками Северо-Кавказского округа.
21.1.1923 г.

Дорогой Иосиф Виссарионович!
Поздравляю тебя еще с одной «автономной» 15—1—23 г. в ауле Урус-Мартан, что в 24 верст[ах] от города Грозного, на съезде представителей аулов (5 ч[еловек] от аула) при торжественной обстановке провозглашена автономия Чеченской области. Из Ростова выезжали: Микоян, Буценный, Левацдовский и я.
Впечатление: чеченцы, как и все другие горцы: не хуже, не лучше. Мулл, шейхов, святых и пр[очей] чертовщины, пожалуй, больше чем у других, например: у карачаевцев и даже кабардинцев. Фанатизм, темнота и невежество отменные. Владычество мулл и шейхов неограниченное и безраздельное. Иначе не может быть.
Патриархально-родовые отношения, отсутствие грамотности и др[угие] явления исторического и экономического порядка определили эти отношения.
Само собой понятно, что муллы и св[ятые] пользуются своим положением со всем присущим им искусством восточных дипломатов и политиков. Нашего влияния ни на грош! Ошибочно думать, что чеченцы по своей темноте не знают, что из себя представляет советская] власть, ее влияние на международную политику и пр. Все это муллы, а они есть пока Чечня, знают преотлично.
Недавно возвратившийся из Москвы чеченский главмулла Шамседдин-Гаджи Алтахаджиев сообщил в нашем присутствии съезду, что советская власть — великая сила, что она стоит за раскрепощение народов Востока, но что советская власть не является врагом и гонителем правоверных и их религии; что он сам, Алтахаджиев, ездивший 7 раз в Мекку1, молился в Москве не хуже, чем в самой Мекке. Когда он говорил (мне тут же переводили), я думал, большие мы дураки, что мало возим этих самых мулл в Москву, где они себя чувствуют так же, как в Мекке. Убедился воочию, что наши велеречивые и многомудрые коммунисты, до сих пор работавшие в Горской Республике, мало чему научились сами и научили других. Пресловутые «расслоить», «опереться на бедноту», «вырвать массу из-под влияния кулачества и святых» и прочие красиво звучавшие слова оставались на бумаге и висли в воздухе, а жизнь текла своим порядком, не считаясь с сильными желаниями т. Гикало и других коммунизировать «святую» и мулльскую Чечню. Можно утверждать, что до тех пор, пока мы не создадим в Чечне кадра дельных и преданных делу и партии работников, нам не на кого будет опереться и придется тем или иным путем использовать мулл и прочих господ. Возможно ли? Вполне. Они сами этого ждут. В их коране уже и сейчас имеется не одно место в тексте в нашу пользу (цитировалось на совещании и съезде) и только нужно соответственно изменить тактику.
В Урус-Мартане, ауле весьма большом (до 30 т[ысяч] жит[елей]) собралось около 7—8 т[ысяч] представителей аулов. Встретили нас хорошо. Наш эскадрон с 5 пулеметами, запряженный четверками и двумя духовыми (на конях) оркестрами, импонировал тем 2500—3000 всадникам, которые встречали нас по пути нашего следования.
Чечня вооружена и довольно хорошо.
Выступили с официальными речами. Наговорили пышных фраз, обещаний никаких.
Указали, между прочим, на силу Советской власти, а потом и на безобразия, творящиеся в Чечне.
В ответном слове, один из умнейших мулл, Било-Хаджи заявил, что он от всего чеченского народа приветствует Советскую власть и выражает ей народную благодарность за дарованные права и свободы. Далее он начал излагать свои пожелания (претензии).
1. Вновь организуемая власть должна быть честной и не обворовывать народ.
2. Нужно создать сильную, честную милицию.
3. Разрешить существование шариатского суда1 2, который не враг, а друг Советской власти и ему верит народ.
4. Надлежит железной рукой уничтожить бандитизм, грабежи и разбои.
5. Немедленно назначить комиссию для расследования безобразий, творимых при взимании продналога, где бедняк обкладывается в 5—7 раз больше кулака.
Как видишь, требования, кроме шариатских судов, не Бог весть как велики.
Шариатские судьи нас немного смутили. Предложили от съезда избрать 150—200 человек и приехать в Грозный для детального обсуждения всех вопросов, связанных с автономией.
В Грозный прибыло всего до 400 человек. Выборных больше 200 человек, из них мулл — 35, купцов — 70, землеробов — 140. Само собой разумеется, что муллы были закоперщиками совещания. Хлеборобы (беднота) молятся не только Аллаху, как муллы, но и самим муллам. Пришлось разрешить существование параллельно нашим судам и шариатским. Мы уверены, что они умрут прежде, чем народятся. На совещании обсуждались те же вопросы, что и на съезде.
Муллы заверяли, что бандитизм они вместе с нами поборят. Виделись и много говорили с Али-Митаевым3. Мужик дьявольски умный и хитрый. Заискивал у нас и умолял назначить самое срочное следствие по его делу для полной его реабилитации (приказали назначить), утверждая и клянясь всеми пророками, что его оклеветали пред Соввластью. Хочет служить и быть полезным.
Последнее. Эльдерханов, да и весь ревком, весьма слабые. Особенно Эльдерханов. Сравнивая его со всей той братией, которую пришлось лицезреть, приходится серьезно задуматься над судьбой и ревкома, и дальнейшего Чечни.
Эльдерханов бесхарактерен, безволен, глупый и чванливый старикашка. Другого, взамен ему, пока нет.
Заканчиваю. Поездка была весьма полезной. Бандитизм сократится, а может и совсем прекратится. Связь с Чечней, а не с балагурами, завязана и мы
постараемся ее поддерживать. Рядом мер думаем укрепить наше влияние. Через мулл и прочих алимитаевых доберемся до подлинных тружеников Чечни. Будь здоров.
Твой К. Ворошилов4.
РГАСПИ. Ф. 17. On. 112. Д. 385. Л. 22-2 4 .
Подлинник. Автограф.

1 Мекка — священный город, одна из основных заповедных территорий ислама.
В Мекке родился и жил пророк Мухаммед. Там находится главная святыня мусульман — Кааба — каменное сооружение в форме куба, в восточный угол которого вмонтирован «символ могущества» Аллаха — черный камень.
2 Шариатский суд — суд, действовавший на основании норм шариата. См. также примеч. 7 к док. № 9.
3 Митаев Али (Али Бамат Гирей Хаджи (Хаджиев) (1890—1925) — родился в с. Автуры Шалинского района Веденского округа Чечни. Отец — Али Бамат Гирей
Хаджи — один из ближайших сподвижников секты Кунта-Хаджи. В 1914 г., после смерти отца, стал его преемником. В годы Гражданской войны занимал выжидательную позицию. Отряды его мюридов участвовали в нескольких боях с карательными белогвардейскими частями. В конце 1920 г. в горных районах Чечни вспыхнуло восстание, возглавляемое Н.Гоцинским и Саид-беком (внук Шамиля). После
его подавления Митаев занялся организацией шариатских судов и полков самообороны. Ко времени объявления ВЦИК автономии Чечни 15 января 1923 г. Митаев уже был наиболее крупным национальным и религиозным деятелем. Его секта насчитывала до 10 тыс. последователей-мюридов (Шалинский, Гудермесский и Веденский округа). 12 апреля был назначен членом областного революционного комитета Чеченской области. Организовал отдельную сотню железнодорожной охраны. Одновременно продолжал деятельность по объединению религиозных сект. 18 апреля 1924 г. был арестован и препровожден сначала в Ростов-наДону, а затем в Москву. Коллегией ОГПУ 19 января 1925 г. был приговорен к 10 годам тюрьмы. После пересмотра дела 26 октября 1925 г. расстрелян.
4 Вариант этого письма был опубликован (с глухой ссылкой на Архив Президента, без указания шифров) в сборнике «Военные архивы России» (I выпуск, 1993,
с. 406—407). Однако между двумя документами есть небольшие разночтения. Публикуемый в данном сборнике текст более полный, письмо написано на бланке командующего войсками Северо-Кавказского военного округа. В левом верхнем углу его приписка от руки следующего содержания: «При сем 1 экземпляр газеты
«Нефтеработник». Черновик этого письма сохранился в личном фонде К.Е.Ворошилова, в котором имеется фрагмент, не вошедший в письмо, направленное И.В.Сталину: «Я считаю, что состав этого cовещания вполне удовлетворителен. Заправилами, как нужно было ожидать, были муллы. До тех пор пока мы не создадим в Чечне кадры преданных, знающих Чечню и ей знакомых работников,
придется иметь дело с муллами. Муллы народ продувной и не много нужно, чтобы их забрать под свое влияние. Дураки только могут верить в возможность проведения в Чечне всяческих «расслоений», «влияний через бедноту» и пр. чепуху. Конечно, беднота, как и везде, имеется и в Чечне. Но, во-первых, в Чечне патриархально-родовые отношения сохранились почти в полной мере, а, во-вторых, всякий бедняк муллу и святого почитает во сто раз больше, чем кулака (кулак уже грамотный, а то и образованный) и, кроме того, муллы то и всякого рода святые живут и жиреют за счет бедноты» (Там же. Ф. 74. Оп. 2. Д. 37. Л. 5, 5 об).
--
ЦК РКП(б)—ВКП(б) и национальный вопрос. Книга 1. 1918—1933 гг. /Составители Л.С. Гатагова, Л.П. Кошелева, Л.А. Роговая. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2005. — С. 73-75.
Tags: Ислам Суфизм, История, Политический ислам, Российская политика на Кавказе, Чечня
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments