Российский еврей и российское государство
Российский еврей и российское государство

Прошло уже почти двадцать лет с тех пор, когда на российских телеэкранах, на страницах СМИ и научных публикаций вновь появилось слово "еврей". Почти весь послевоенный период оно фактически относилось к непроизносимым словам: история евреев, их роль в обществе не изучались и даже не обсуждались, более того - отрицалось само существование евреев как единого мирового народа.

Перестройка и последующий демонтаж коммунистической системы, конечно, покончили с этим ненормальным состоянием еврейского вопроса, но и в настоящее время значительные круги общественного мнения в России рассматривают россиян еврейского происхождения как априори принадлежащих к антинациональному, "антироссийскому" или "прозападному" (хорошо еще, что не к "прокитайскому") лагерям. Россияне еврейского происхождения, являющиеся активной конструктивной силой российского общества, занимающие патриотическую позицию, часто подсознательно все еще рассматриваются как некая аномалия или даже курьез, как "исключение, подтверждающее правило". "Правилом" же является устойчивая ассоциация "еврей = западник = антирусский псевдолиберал" - позиция "еврей" все еще зачастую идентифицируется, ассоциируется именно с носителем антирусской и антигосударственной идеологии. А русский национально-ориентированный лагерь автоматически связывается с антисемитизмом.

Это положение является, во-первых, ненормальным, а во-вторых - крайне опасным и чреватым очень серьезными последствиями для положения еврейского меньшинства в России и для самого Российского государства. Вследствие данного подхода живущие в России евреи психологически воспринимаются как "гостевая нация", чуждый, внешний элемент. Причем такое восприятие характерно и для "западнического", внешне филосемитского сегмента русского общества. А настроенные оппозиционно силы, рассматривая российскую политическую действительность как отрицательную, видят в евреях своих автоматических союзников в деле слома современной русской "отсталой политической системы".

При этом в массовом сознании обывателя каждый доллар, заработанный бизнесменом еврейского происхождения или даже с фамилией, звучащей "по-еврейски", воспринимается как ушедший из общего российского котла, "уворованный от русского народа", а деньги, заработанные в таких же условиях, теми же методами и так же вложенные, но этническими русскими - как "деньги русского народа".

Всплески национального реваншизма в обществе, находящемся в состоянии переходного периода, неизбежны. Задача власти (и современная российская власть с этой задачей в целом справляется) - держать их в узде, но полностью подавить такие настроения невозможно в принципе, да и не нужно: они создают естественный канал выхода социального напряжения и корректировки неизбежных в мультинациональном постимперском обществе перекосов в национальной политике. Но эти массовые настроения обязывают к поиску "внутреннего врага". Сегодня эту вакансию в значительной мере занимают кавказцы, но отношение к евреям как к представителям чуждых, исконно враждебных русским сил никуда не исчезло, лишь оказалось оттесненным на периферию. Причем антикавказские настроения актуальны в первую очередь для широких масс, непосредственно сталкивающихся с "торговцами с рынка", а среди элиты удельный вес антисемитских мифологем все еще значителен.

Данное восприятие, в случае победы в России курса на усиление государственности и нацстроительства, может привести (собственно, частично это уже происходит) к тенденции вытеснения евреев сначала из крупного бизнеса и с ключевых постов в госструктурах, а затем из среднего бизнеса и из сферы интеллигентных, культурообразующих профессий.

При этом при сохранении описанной картины массового восприятия евреев такое развитие, вследствие социологических механизмов функционирования современного социума, неизбежно. Даже субъективное желание политиков, пусть и самых высокопоставленных, ему помешать неспособно остановить объективный процесс. Антиееврейские настроения общества будут транслироваться на власть, а от власти, усиливаясь, снова на общество и т.д.

Надо отметить, что курс на национальное возрождение является логически неизбежным для страны. Он уже начал осуществляться в последние годы и будет неизбежно продолжен и в послепутинскую эпоху - однако он проводится и будет проводиться в условиях дефицита средств и ресурсов, что усилит на порядок тенденцию к вытеснению "чужих".

Возможное в этих условиях усиление антиеврейских, антисемитских настроений и проявлений создает опасности и для Российского государства. Антиеврейские настроения будут способствовать повышению в целом "градуса ксенофобии" в российском обществе и значительно усилят опасность всплесков социального насилия.

По мере усиления данной антиеврейской тенденции внутри России мировое еврейство и Государство Израиль станут превращаться в противников Российского государства. Это неизбежно будет использовано принципиально враждебными России силами с тем, чтобы превратить еврейский фактор в таран по сокрушению России, российских евреев - во внутренний подрывной элемент. Таким образом, вся мощь еврейского народа может быть повернута против России, что коренным образом изменит расстановку сил в геополитической борьбе.

Данное положение вещей имеет глубокие корни. В российской государственности существует политтехнологическая традиция использования евреев в качестве "козлов отпущения" при политических и экономических кризисах и историософская традиция рассматривать еврейское население как "чуждое истинной России". В случае дальнейшего развития по указанному выше сценарию власть и общественное мнение с большой вероятностью востребуют эти наработки, поскольку они использовались как основная доктрина еще недавно.

При этом в российской государственной традиции имеется и другая альтернатива - рассматривать евреев как органическую часть русского государственного пространства и ориентироваться на плодотворное сотрудничество с мировым еврейством и на включение еврейского населения в жизнь государства. На определенных этапах развития страны именно этот подход был преобладающим. Отрицательный подход стал доминирующим лишь с 20-х годов XIX века. Однако на данный момент положительная парадигма полностью вытеснена из коллективной памяти.

Нет, однако, худа без добра. Противодействие такому развитию событий входит в число жизненно важных интересов для российских евреев, Российского государства, Государства Израиль и мирового еврейства. Этот факт открывает перед ними перспективы плодотворного, взаимовыгодного сотрудничества и, более того, установления подлинно дружественных отношений в других областях, что, в свою очередь, может только способствовать усилению внешнеполитического положения и внутренней устойчивости всех сторон данного процесса.

Все эти силы оказываются заинтересованы в актуализации новой парадигмы отношений российского общества, российского еврейства и российской власти. Еврейство России должно являться и восприниматься обществом в качестве силы, способствующей укреплению российской государственности, интегральной частью российского центростремительного курса. Тип еврея - российского патриота должен стать нормой как в глазах еврейской общины России и мира, так и в глазах широких слоев российского общества.

Кроме того, как неоднократно заявляло руководство России (в первую очередь в лице президента Путина), в настоящее время окончательно взят курс на вхождение России в мировое сообщество и на построение российской государственности на основе тех доказавших свою эффективность принципов, на которых построено западное общество, при одновременном сохранении национальной самобытности страны. При этом с особой актуальностью встает вопрос о создании идеологического обеспечения данного курса. Эта идеология должна быть понятна как широким слоям населения, так и тем, кто непосредственно проводит в жизнь новую политику. Приходится констатировать, что в данном вопросе существует идеологический вакуум.

В свою очередь, еврейство России жизненно заинтересовано в общей стабильности на основе укрепления курса на вхождение в сообщество развитых государств при сохранении национальной самобытности и укреплении государственности.

Евреи кровно заинтересованы в том, чтобы существующая положительная динамика была бы сохранена. Для еврейской общины было бы естественным и политически разумным приложить усилия к сохранению этих тенденций как необходимого фактора устойчивости своего положения.

Данную позицию будет сравнительно легко разъяснить американской еврейской общине. Именно позиция патриотизма и лояльности к интересам Америки, при одновременной лояльности традициям своего народа, и характерна для американского еврейства. Трудно привести аргументы в пользу того, что российское еврейство должно быть более предано интересам американской администрации, чем интересам страны, на территории которой евреи проживают более двух с половиной тысяч лет. Эта позиция отвечает жизненным интересам не только российской еврейской общины, но и интересам Государства Израиль и мирового еврейства. В случае реализации новой парадигмы российско-еврейских отношений, когда устойчивость положения российского еврейства и его процветание будут напрямую связаны с интересами укрепления российской государственности, это укрепление окажется также в зоне жизненных интересов всего мирового еврейства. Американское еврейство, во всяком случае ортодоксальная и сионистски ориентированная его часть, имеет прочные традиции лоббирования интересов Израиля даже в том случае, если они противоречат официальной позиции американских властей. Таким образом, американское произраильское лобби окажется кровно заинтересовано в смягчении антироссийских тенденций американской администрации.

Перед ответственными силами общества стоит задача выработки идеологии, одновременно как национально-консервативной, препятствующей растворению "российской идентичности" в "мировом плавильном котле", так и подтверждающей курс на сохранение происшедших в обществе за посткоммунистический период изменений.

Большинство из существующих сил "конституционно-патриотического" или официозного направления вызывают недоверие со стороны наиболее социально активной части общества и со стороны многих западных наблюдателей. В этих условиях участие "еврейских голосов" в создании и озвучивании новой конституционно-патриотической идеологии будет способствовать снятию этого напряжения, нейтрализует и возможность усиления неофашистских тенденций. В свою очередь, "либеральная" и "прозападная" составляющие имиджа российского еврея оказываются также востребованными и могут быть конвертированы в государственническую, разумно-консервативную идеологию. Как российская власть, так и российские евреи оказываются одинаково заинтересованы в обуздании антигосударственных и антисемитских неофашистских тенденций и в усилении позиций, могущих быть определены как "новый консерватизм".

Следует подчеркнуть, однако, что эту задачу невозможно решить методами ударной PR-кампании. Уходящий в века, имеющий глубокие корни в массовом сознании и в актуальной действительности стереотип требует для своего преодоления стратегического планирования действий, глубокой, разносторонней и системной отработки.